Остров забытого бога

Сколько можно терпеть на своей шее тяжелую имперскую длань? Неужели остров Второго пришествия позволит империи и дальше полностью распоряжаться своей судьбой? Герцог не зря выстроил на своей земле замок, сравнимый величественностью с императорским дворцом. Пусть этот замок будет символом свободы несчастного острова, а герцог Рэйнфилд поведет свой народ к свету и свободе.

Конечно, и на острове Верных жили люди, которые остались равнодушны к воззванию герцога Рэйнфилда. Это были люди, которым все равно, сменит ли далекого императора местный князек, будет ли остров считаться придатком империи или станет свободным владением местных аристократов.

Такие люди, что были равнодушны к политике, оставались в стороне от происходящих событий, ожидая развязки.

Но не зря одним из названий острова было "остров Верных". Восстание еще только началось и стало разгораться, как маленький костер, но ему так и не суждено было достигнуть размеров всеобъемлющего пожара. Императору донесли о своеволии в колониях, и он, истинный потомок многих поколений жестких и беспощадных правителей, не смог оставить этот вызов без ответа.

Когда монарху сообщили о мятеже на острове, с его губ не сорвалось ни слова недовольства, лишь бледная тень улыбки покинула его сурово сжатый рот, да хищно затрепетали породистые ноздри, выдавая так и не высказанный словами монарший гнев. Император пожал плечами и заявил, что сам возглавит карательную экспедицию.

Властитель империи даже не был особенно зол. Его подданные, находясь слишком далеко от сердца империи, верно, забыли, под чьей рукой они находятся.

Большая часть из них, живущих на острове Верных, в глаза не видела своего императора. Что ж, он возглавит свои войска, чтобы раз и навсегда подавить очаг сопротивления. Пусть его неверные подданные увидят своего императора в великом гневе и устрашатся впредь пытаться изменить ему.

Сначала императору подумалось, что советники и придворные будут отговаривать его от личного участия в этой карательной экспедиции, предлагать послать кого-нибудь из заслуживших доверие императорского двора военачальников.

Монарх даже стал придумывать аргументы, чтобы сразу убедить своих поданных, несомненно, беспокоящихся за персону императора, в том, что сам факт мятежа и предательства требует не только отмщения, но отмщения от руки императора, а, следовательно, и его личного присутствия.

Но никто даже рта не открыл, чтобы попытаться убедить императора оставаться в своем грандиозном дворце, в окружении свиты и слуг.