Крест бессмертных

Его тёмное от трудового летнего загара лицо было изрезано морщинами и перемазано сажей. Из-под низких густых бровей настороженно поблёскивали бледно-голубые глаза. – Вот он! Тятя, тятя, русские приехали! Бают, что хорошие.

- Здравствуй, хозяин, - поздоровался Алёша. – Что здесь случилось?

- Здравствуй, коль не шутишь, - после короткой паузы ответил человек. – Машка, ну-ка беги к мамке, скажи я велел тебе ей помочь.

- А можно я тут останусь?

- Бегом!

Девчушка слезла с телеги и скрылась за воротами.

- Кто вы, добрые люди? – осведомился человек.

– Откуда едете и куда? Вижу, оружие у вас, но для дружинников княжьих, вроде, летами не вышли. Или ошибаюсь?

- Люди мы рязанские, - сказал Алёша. – Едем во Владимир, к великому князю за делом. Тебе, хозяин, бояться нечего, свои мы. А что до оружия и доспехов – так надо, значит. Меня Алёшей звать, сын Леонтьев по прозвищу Попович. Тебя как?

Человек помедлил, шагнул вперёд, протянул руку.

- Первуша я. Прозвище Жердь, - усмехнулся. – За то, что худой и длинный.

Алёша рассмеялся, соскочил с коня, пожал мужику руку.

Была она горячей и твёрдой, как деревянная лопата.

- Так что случилось, Первуша Жердь?

- Вам на что знать, люди добрые? Коли помочь хотите – может и расскажу. А нет – так езжайте с богом, мы уж сами как-нибудь.

- Давай так, - промолвил Алёша. – Ежели хозяйство твоё от молнии занялось или там с огнём вы небрежно управлялись, то мы дальше поедем. А вот коли что похуже, то поможем. Может быть.

- Может быть?

- Ага. Подумаем – решим. Мы хоть и не княжьи люди, но надеемся ими стать.

Сумеем вам помочь – будет у нас, чем перед молодым князем Юрием Всеволодовичем похвалиться. Он только-только княжить начал, ему, небось, свои люди смелые да ловкие нужны. Не все ж отцовыми пользоваться.

- Хитро, - почесал в затылке Первуша. – Ты, гляжу, парень не промах.

- На том стоим.

Ладно, - сказал Первуша. – Слушайте тогда. Деревня наша зовётся Липники. Потому что лип кругом много. Отсюда и пчелы у каждого, мёд в самый Владимир возим, славится наш мёд.

Хлеб растим, ячмень, хмель опять же, но то так, - Первуша сделал жест рукой, показывая, что хмель не главное, - Деревня не бедная, пять дворов, все родня, считай. Кто близкая, кто седьмая вода на киселе, но – родня. Дань князю Всеволоду Юрьевичу Большое Гнездо исправно платим, платили, то есть, Царствие Небесное князю, дай бог, чтобы сынок его, Юрий Всеволодович, умом и сердцем в батьку пошёл, - Первуша перекрестился. Алёша со товарищи последовали его примеру.