Кровные оковы

– Неужели моя несправедливость к Эберту заслуживает такого наказания? Или я и вовсе жил не свою жизнь, и должен отдать ему всё своё прошлое, чтоб ты перестал на меня гневаться? Я не верил, не верил, что ты решаешь всё сам; и посмотри, к чему это привело?..

Взгляд снова упал на книгу, лежащую на полке. Всхлипнув последний раз, Лоренц тряхнул головой и снова коснулся страниц. Какой-то заботливый человек перевёл каждое написанное слово. Осторожно, чуть побаиваясь, юноша прочитал первые строки; его не поразило громом, он не упал без чувств и не лишился зрения.

Недоверчиво перелистнув страницу, он уткнулся в такой знакомый уже символ звезды на горе.

– Что ты, – пробормотал он, проведя пальцами по лучам, – что ты такое?.. – взгляд скользнул на изрисованные страницы. «Как от встречи мужчины и женщины рождается ребёнок», – было написано углём над незнакомыми буквами, – «так и земля, встретившись с небом, родила всё сущее». Миросотворение… Лоренц отдёрнул пальцы от страниц.

Читать еретические слова было омерзительно и страшно. Если и так Всесветный наказывает его за грехи и неверность, то что же будет теперь! Чёрная душа твоя, сказал Жан. Небеса не дадут родиться вновь. Небеса… небом клянусь… вздрогнув, Лоренц крепко зажмурился и открыл наугад страницу из середины.

– Лишённые жизни по своей воле не возвращаются в землю, – пробормотал он, водя пальцем по угольным мелким буквам, – а душа их не возносится к перерождению.

Лишь служба во имя новой жизни может освободить его душу; калечить же тело ради сна, а не рождения, наказуемо вечным упокоением меж небом и землёй… что это за бред, – Лоренц нахмурился и, закрыв глаза, перевернул страницу.

– Сперва создано было женское тело, – шёпотом прочёл он, – и лишь после мужское; душа сперва вселилась в мужчину, и лишь после в женщину. Нет ничего ценнее женского начала, её первородной силы, что направляется мужским разумом. – Он перевернул сразу десяток страниц.

– Чужие жертвы священны, не оскверняй их, хоть даже то враг твой. – Ещё десять страниц. – Как облака переходят с места на другое, так и душа перейдёт в иное тело после смерти.

Лоренц захлопнул книгу. Губы его дрожали. Жан говорил о перерождении. О небесах, что не примут неверных. «Он же ребёнок, как можно было б»… повесили через каждую версту. Пришли такие же, как ты. Сожгли всё. Убили всех.

Направь меня, прошу.