Посмертник

Теперь требует наступления… как умеет.

-Так и надо взять яго в оборону, раз хочет. Пущай воюеть, значится. Где жить, там и нежить.

-Ты что? – изумился Порошин. – Нет, Васькин, нечисть есть нечисть! Сегодня он патроны из ящиков высыпал, завтра ему что-нибудь не понравится - весь склад на воздух подымет. Не-ет, мы его сейчас в «клещи» зажмём, он у нас и растает, как миленький. Ставь давай периметр, чтобы боеприпасы не задело. Помнишь, как под Рогачёвом делали? Когда мину обезвреживали?

-Думаете, сдержит? – Васькин внезапно поджал губы.

-Что нехорошо? – спросил Порошин, раздражаясь.

-А вот то и нехорошо! Домовик к вам, значится, со всем доверием, а вы – «клещи». Не по-русски оно. Домовички-та, они людям помогают, к ним подход должен быть уважительнай. А мы яго… в расход, как ту мину. За то, что наступать хочет, значится, немчуру бить.

-И что мне делать теперь? – рассердился маг. – Пусть склад подрывает? Так он уже патронов сколько попортил, мне за них отвечать придётся… Не дури, товарищ рядовой, нету на это времени.

-Иван Григорьич, товарищ командир! – вдруг взмолился Васькин. – Не умеет он по-другому, не было у него, значится, хозяина-подсказчика, вот и попортил патроны! Дайте мне с ним поговорить – как ему понятно, по-деревенски… не губите яго, он, хоть и нежить, а всё наш, русский.

-Перестань, Васькин, он не живой даже! Иди лучше со штабной «эмкой» поговори, вчера поломалась.

-Товарищ младшай лейтенант! Да как не живой-та! Души, верно, нет, а разумение есть. Домовички-та, они ж и работящие, и привязчивые, что коты. А этот ещё и воевать просится, понимает, значится!

Порошин с трудом сдержался, чтоб не прикрикнуть. Васькин, сам того не зная, ткнул его в больное место.

-Война идёт, Васькин, - устало сказал маг. – Вот ты сам как думаешь, что для нас сейчас ценнее – домовик или этот склад боеприпасов? А?

Он сам не мог понять, отчего просто не прикажет ставить периметр и давить нечистика.

-Склад ценнее, это верно, - признал помощник и понурился. И вдруг встрепенулся:

-Товарищ младшай лейтенант, давайте шутика-та я к другому дому привяжу, а? И не будет он на складе шалить. Жалко яго, товарищ Порошин! Давайте, сделаю – можно ведь!

-А ведь и правда, - пробормотал Порошин.