Марфа Ялгина

Это важный памятник археологии.

– Самое смешное, мы досконально не знаем, чей это памятник, какой культуре принадлежит, – мужчина был серьёзен и действительно будто лекцию читал, а вот слушавшие его студентки развеселились.

– Никогда не поверю, что такой памятник, буквально крепость среди полей, не пытались изучать, – ворчливо отозвалась Вера.

– Его изучали, однако я бы сказал, делали это без должного рвения, – тут настало время улыбнуться уже доценту.

– Но я верно понимаю, что именно это место описано в той легенде о Сарме, которую мы в нашем варианте Тетради нашли? – спросила Лена, чуть не упустив шляпу.

– Да, именно так, – учёный из Иркутска кивнул и хитро прищурился, – Но дело в том, что история, начавшаяся здесь, здесь же и завершилась. Так тоже указано в Тетради, правда, в полной её версии.

– И что же там случилось? – Вера наконец–то посмотрела на собеседника, но с камня по–прежнему не слезла.

– О, это увлекательная история, думаю, здесь самое место, чтобы её рассказать.

***

Плоты шли по волнам легко, будто не замечая поднявшегося ветра. Шаман стоял на носу первого и всматривался в приближающейся берег. Волнение на море усилилось, и даже у его соратников уже стали проскакивать фразы, что переправляться в такой час – порой гибельно. Если ветер ещё больше усилится, а они не успеют достигнуть желанного мыса…

Быстрый ветер гнал по серому небу клочья туч. Берег был словно подёрнут дымкой, там впереди явно шёл дождь. Шаман размышлял над природой своей уверенности в начале этой переправы – то ли это его подтолкнул сам Эрлик–хан, а то ли обычное людское бахвальство потянуло на самоубийство.

Ближе к берегу грести стало тяжелее, волны стали выше, да ещё и пошёл мелкий дождь. Одежда быстро промокла и потяжелела. Шаман обернулся на связанных пленных – те вроде пока были живы. Для успешного завершения его дела их жизни не были такими уж важными, но будет всё намного проще, если умрут они под его ножом, а не в холодных водах Малого Моря.

Когда до берега было буквально рукой подать, Шаман обернулся – ещё два плота самоотверженно боролись с волнами, но шли строго за ним. Он порадовался, что соратники смогли выровнять курс, их не снесло боковым ветром. Также он по–прежнему надеялся, что все пленные уцелеют от такой переправы, даже те, кто ещё с утра был похуже других.

Наконец плоты ткнулись в берег. Ветер усилился, а вместе с ним и дождь, но на открытом мысу негде было укрыться от ненастья.