Марфа Ялгина

Но только один из живущих на этом свете мог выглядеть так, как этот путник, шедший по дороге из Ялги.

Видно было, что путник никуда не торопится. Ветер, дувший ему в спину, никак его не тревожил. И на таком расстоянии Чимит увидел, как путник улыбается во всю свою медвежью пасть. Увидев эту улыбку, сидевший у юрты сплюнул в отвращении на землю. Когда шедшему по дороге оставалось примерно полторы сотни шагов до нуги, сквозь деревья за поворотом дороги стал сочиться туман. Плотный серый туман встал стеной, сквозь которую ничего не было видно.

Чимит смотрел на эту серую дымную стену и видел внутри неё смутные фигуры небольших существ. До него уже донёсся запах гари и крови, а ещё он услышал вой, вой всего того ужаса, что несут за собой существа Нижнего мира. И ещё он понял, что не успеет разбудить и увести всех людей из нуги. И тогда мужчина грузно поднялся на ноги и, продолжая курить трубку, неспеша пошёл в сторону путника с медвежьей головой.

Ветер усилился, в нос бил резкий запах гари и тошнотворная вонь крови, к которой уже примешивался сладковатый запах тухлятины. Чимит спускался с пригорка, лениво куря трубку. Ветер стал задувать со стороны Малого Моря, туман стал заходить крылом со стороны берега. Мужчина остановился и вытряхнул трубку, он видел, как путник с медвежьей головой ускорил свой шаг.

Когда до взявшего разбег пришельца оставалось примерно с тридцати шагов, Чимит размахнулся и метнул свою трубку в его сторону – она воткнулась мундштуком в землю ровно на пути пришельца, что тот от неожиданности встал, как вкопанный.

– Мусмал! – Чимит громко заговорил, раскинув руки, словно приглашая пришельца к себе в объятья, – Уходи и забирай с собой свой сброд!

– Старик испугался снова оказаться под пятой и прислал свою гончую! – прогрохотал великан с медвежьей головой, – Где он? Сбежал с острова?

– Не ему тебя бояться! – голос мужчины грохотал наравне с голосом великана, а глаза его зажглись красным огнём, – В прошлый раз без помощи Отца Шаманов ты не смог бы даже ступить на этот остров, вспомни!

– Ты меня не удержишь, пёс! – Мусмал фыркал и рычал, но пока не переступал воткнутую в землю трубку.

– Ты боишься перешагнуть мою трубку! – Чимит усмехнулся, – Ты трус, Мусмал!

– Сдохни, пёс! – великан заревел и пнул торчащее из земли препятствие, от удара исчезнувшее в чёрном дыму. Затем он с невиданной прытью бросился на своего противника.