О чём молчат рубины. Книга 2.

- Да, вполне… Папа обещал, что завтра нам доставят его письма с ответами Великому магистру и матери Терезии. Вот, собираемся… Чтобы, значит, без промедления и в обратный путь. Потому что, кроме всего прочего, папа сказал, что по Риму нехорошие слухи ходят об этом месте…

- Какие слухи? – насторожился я.

- Говорят, здесь ведьму видели! – понизил голос Марциан, – Дескать, летала на метле, совершенно голая, и дико визжала!

Я заметил, как судорожно сглотнула Катерина и отвела взгляд куда-то в сторону.

- Врут, наверное… – я постарался, чтобы голос выглядел равнодушным, – Откуда здесь ведьмы? Когда здесь целый отряд монашествующих рыцарей крестоносного Ордена?!

- Так-то оно так, – вздохнул Марциан, – А может, мы как раз того?.

. Спугнули?.. Я как-то слышал в апельсиновой роще истошный женский визг!

Катерина совсем склонилась над тарелкой, чуть не касаясь её носом.

- Правда, видеть никого не видел, – закончил Марциан, – Я так папе и сказал. Во всяком случае, папа обещал, что он примет необходимые меры!

У меня неприятно засосало под ложечкой.

Что ещё за «необходимые меры»? И насколько это похоже на ордалию?.. Бр-р-р…

- Значит, завтра в путь? – уточнил я.

- Как повезёт, – пожал плечами Марциан, – Если письма папы нам под вечер принесут, какое уж тут путешествие?

- Значит, за то, чтобы письма были утром! – поднял свой бокал сияющий Вилфрид.

Вообще говоря, я их не понимаю. Папа ясно сказал, что Великая Война окончена. Генрих фон Плауэн хлопочет о почётном заключении мира.

Куда же торопиться? Правда, папа намекнул, что новая война не за горами, но не завтра же? Впрочем… может у Марциана заканчиваются финансы? Вполне разумная версия, вы не находите?

Ужин прошёл скучно, несмотря на то, что брат Вилфрид то и дело пытался нас расшевелить, произнося пылкие тосты. Даже оруженосцы поддерживали его без особого энтузиазма. Похоже, все мысли крестоносцев были уже там, в Мариенбурге.

* * *

Даже не знаю, уж не тосты ли брата Вилфрида тому виной, или, скорее, нежелание папы римского откладывать дела, но уже за завтраком нас ждал сюрприз: к нам присоединился один из кардиналов папы.

Мягкий, улыбчивый человек, с округлыми чертами лица и плавными жестами, но веяло от него суровой угрозой. Да и перстень чуть не постоянно пульсировал на пальце. В общем, я вздохнул с громадным облегчением, когда этот кардинал, вежливо попрощавшись и пожелав нам счастливой дороги и покровительства Божия, сел в карету и укатил в Рим.