Превзойти себя самого. Том 1

Является ли это пламя одной из утерянных техник, и, если да, кому пришло в голову использовать его против невинных людей? Каким образом они с Юньчжи выжили? Почему это поганое золотистое пламя, отобравшее у неё мать и отца, вновь о себе заявило? И, самое главное, кто за всем этим стоит? Ответить не смог даже её старый наставник.

— Мне не ведомо, по каким причинам судьба оставила Юньчжи невредимой, но насчёт тебя есть у меня одна мысль. Природа одарила твоё тело запасом врождённой духовной энергии. Возможно, она и защитила тебя, — нахмурив поседевшие брови, одним поздним вечером изрёк Лао Чжуаньцзэ.

Маленькая Цайхуа в присущей ей детской манере тогда не сумела сдержать гордой улыбки. Ещё бы, с рождения по её энергетическим каналам текла светлая ци, которую другим просветлённым приходилось накапливать путём различных лишений и нескончаемых медитаций! Без особых усилий освоившись на первой ступени совершенствования, Цайхуа преодолела её всего за пять лет, что было, несомненно, заслуживающим внимания результатом.

Именно за свой талант к столь быстрому духовному развитию она и получила от наставника своё имя — Цайхуа.

В детстве ей всё давалось легко, а потому она не привыкла трудиться, как должно. Лу Цайхуа долгое время считала себя особенной, избранной. Она искренне верила, что возможности её безграничны, и только столкнувшись с первыми трудностями, наконец поняла — это не так.

Прошло много лет, но Цайхуа по-прежнему оставалась на второй ступени. Просветлённая знала, в чём заключаются её недостатки и основные ошибки, но не имела понятия, как их исправить.

Потерпев не одну неудачу в попытках следовать советам наставника, она в итоге решила: что-то другое мешает ей духовно расти. В поисках разгадки она отправилась в школу Чэнсянь. Могла ли Цайхуа представить, что ответ лежит на поверхности? Всё было до смешного просто: она не научилась упорно работать. И теперь, лёжа в кровати и размышляя над результатами жизни, она вдруг явственно это осознала.

Взять, к примеру, Шанъяо. Они с ним ровесники, но как же сильно она отстала от него в совершенствовании! И дело вовсе не в том, что он ученик одной из пяти лучших школ просветлённых.

У Лу Цайхуа был прекрасный наставник, в юности обучавшийся на горе Лаошань, и, будь она, как Шанъяо, такой же прилежной и целеустремлённой в учении, сейчас бы оба были равны в силах и знаниях.

Не то от мыслей о друге, не то от снизошедшего на неё озарения сердце забилось так часто, что у неё перехватило дыхание.