Берегини. Правильный дар

Мадам Орлова славилась своей прямотой, она никогда не пыталась скрыть от детей «слишком страшные для них вещи». И, похоже, не только от детей.

За спиной директрисы точно в ряд выстроились наставники, и лица у всех были ну совсем не праздничные.

«Нельзя показывать страх», вспомнила Груня недавние слова подруги. Студентки начали было тревожно перешёптываться, но директриса решительно продолжила:

- Итак, выпускные классы следуют прямо за мной. Для всех напоминаю наши обычные правила: иногородним студенткам надлежит явиться в общежитие не позднее восьми часов, всем местным, кто, разумеется, заранее предоставил письмо от родственников, явиться не позднее восьми часов завтрашнего дня.

Это всем ясно?

- Да, мадам Орлова! – нестройно ответили ученицы.

- Что ж, тогда вперед, - директриса решительно шагнула с крыльца, за ней, как бы нехотя, пошли остальные преподаватели, - и еще раз всех с Майским днем!

***

До «истока» Невского проспекта они дошли меньше, чем за десять минут. Погода оставалась такой же праздничной, солнечные отблески рассыпались по стеклам витрин, золотистым эполетам, начищенным до блеска ручкам экипажей и бокам новомодных мобилей.

Но ярче всего блестел, конечно, шпиль адмиралтейства. Идеальная погода для Майского дня и такая редкая в Санкт-Петербурге!

- Говорят, не стоит верить Невскому, он обманчив, - задумчиво произнесла Груня, когда они встали на тротуаре у ограждения.

- Ага, Гоголь говорил, - кивнула Лёля, высматривая кого-то в толпе, - а про него самого говорили, что он знается с люционистами.

- Сплетни, - Груня зябко передернула плечами, - исследователи бы давно докопались, но никаких доказательств не найдено.

- А вот это прямо парадокс, - Лёля хихикнула, - по всему видно было, с какой-то тёмной штукой он всё-таки знался. Они же хорошо маскируются.

- Ну, нормального дара у него точно не было, он в Красной страже не служил, - заметила Груня. И почти шепотом добавила: - а может быть, хотел…

Парад, как обычно, должен начаться от Адмиралтейства.

Праздничные колонны уже собирались на дворцовой площади: первыми шли столичный корпус Красной стражи – магического воинства империи. Затем - священнослужители, гвардейцы, конница, моряки, авиаторы, военные инженеры и жандармы. Груня знала, что обычных жандармов сегодня больше на службе, чем на параде, да и Красных тоже. Она попыталась разглядеть на правительственной трибуне отца, но его, похоже, заслоняли другие начальники.