Берегини. Правильный дар

Хотя, Лёля и так не очень-то жалует столичную жизнь, после учёбы она очень надеется распределиться обратно в свой Париж.

- Вот именно, - сухо произнесла Варвара, - люционизм, по сути, не имеет ничего общего с природным даром. Скорее это его противоположность.

- Рассчитано на тщеславных дураков, - припечатала Лёля. Она хотела еще что-то высказать, но тут из толпы гуляющих вынырнул Алексей и подбежал к ним. Как всегда взъерошенный и немного чумазый.

- С праздничком, барышни! – выкрикнул он, едва переведя дыхание.

- Это да, а чего это ты такой не при параде? – тут же сурово свела брови Алёнка.

- Да я вроде и не участвую ни в каком параде, - парень беспечно пожал плечами, - а вообще, мы почти до утра в мастерской возились, только пару часов удалось поспать.

- Что-то вы последнее время много ночами работаете, вам хоть платят? – практично заметила Лёля.

- Конечно. Пойдешь на корабли смотреть? – он ловко поймал Лёлину руку.

- Ладно, - тут же согласилась та, - девчонки, увидимся!

И они побежали в сторону набережной, Груня только и успела посмотреть им вслед.

Алёна и Лёшка оба родились в зауральской деревеньке под гордым названием Париж. Жили по соседству, оба из самых бедных дворов. Лёля рассказывала, что, когда у неё обнаружился дар, она «разревелась, как дурёха», так не хотела уезжать. Но закон есть закон, и она оправилась в Институт берегинь.

А Лёшка, едва закончив сельскую школу, тоже перебрался в Петербург и нанялся тут помощником механика на моторном заводе.

По словам Лёли, он – прирожденный мастер, любой механизм может починить. И вот, пока она учится в Институте, Лёшка «подзаработает деньгу», а потом они вместе вернутся на малую родину. Алёнка в этом ни секунды не сомневалась.

Груня подумала, здорово, наверное, вот так, с самого детства знать, кто твой суженый, и что вы точно будете вместе, и жить вам не где-нибудь, а в самом Париже!

- Счастливая она, для неё всё в жизни правильно и понятно, - вздохнула Груня.

- Не поверишь, но моя матушка такая же, - усмехнулась Варвара, - у матушки, конечно, другая картина мира, но не менее твёрдая.

- У меня тоже, - Груня вскинула подбородок и постаралась внимательнее присмотреться и прислушаться ко всему вокруг, - я буду красным жандармом.

- Всё-таки пойдёшь против отца? – хмыкнула Варя.

- Не против. Я его уговорю… как-нибудь.

- Интересно, как?

- Придумаю. Всё равно время у нас есть, считай, еще три года учиться.