Призраки руанского замка

Да и не мог это шёпот принадлежать живому существу. Значит, значит с ней опять говорит кто-то из её небесных покровителей!

- Кто здесь? - Радостно воскликнула она, - Кто говорит со мной?

Молчание. Ответа не было несколько долгих, томительных секунд, ей уже пришла в голову ужасная мысль, что чудесный голос ей послышался, но тут он раздался вновь...

- Ты слышишь меня?

В этом вопросе сквозило недоумение. Как будто обладатель голоса не ожидал, что кто-то ответит ему. Но ведь она уже не раз общалась со святыми: и со Святой Екатериной, и со Святой Маргаритой, и с самим Святым Михаилом.

Её посетил кто-то другой?

- Конечно я слышу. Я слышу, но, почему-то я не вижу тебя. Где ты? Прошу, появись.

В сердце девушки против воли начало закрадываться подозрение: а точно ли она слышит голос святого? Или, может, это Дьявол пытается явиться ей под личиной кого-то из них?

- Ты меня и не можешь видеть, - несколько сварливо ответили ей из пустоты, - я прямо перед тобой, но сейчас несколько лишён формы. Прошу обожди немного, я приведу себя в порядок.

Заворожённая Жанна наблюдала за тем, как из лёгкого, едва заметного тумана, заполнявшего всю камеру, перед ней проявляется призрачная фигура. Несомненно, человеческая фигура. Сначала она выглядела как детский рисунок прутиком на песке: руки-ноги палочки, голова петелькой. Но постепенно она обретала объем и достоверность: на руках появились пальцы, тело облеклось такой же призрачной одеждой. До этого Жанна не могла с полной определённостью сказать к какому полу принадлежало посетившие её существо: тонкое, не оформившееся до конца тело могло принадлежать и мужчине, и женщине.

Но одежда на нем была мужская: котарди, короткий плащ до середины бедра, на ногах пулены с сильно загнутыми кверху носками, на голове причудливо уложенный шаперон.

Это точно был не ангел.

- Я ожидала увидеть здесь не тебя, - только и смогла пролепетать девушка.

Призрачный пришелец повернул к ней голову. Она единственная пока оставалась незаконченной: на ней не было лица.

Нос, глазные впадины, губы, лоб и скулы были, а конкретного лица не было. Как у недоделанной статуи.

Кажется, призрак это и сам понимал. По его лицу будто бы бежали волны, принося все новые образы: старик с рассечённой губой; воин без одного глаза с густой бородищей, плутоватый мошенник с щербатой улыбкой... Всех Жанна даже не успевала заметить и оценить. Наконец рябь на лице успокоилась, так и не приняв какого-то окончательного воплощения.