Приют изгоев

Сигни, естественно, увязалась за ним.

Впрочем, увязалась — не то слово. Скорее Батену пришлось следовать за Сигни, поражаясь в очередной раз ее деловому напору, которому могла позавидовать любая «ну... как это... маркитанка?» Сигни, в отличие от Батена, отлично знала, куда надо ехать и как туда добраться. В порту среди пирсов она безошибочно нашла уже готовый сняться с якоря катамаран и, потрясая приглашением, заставила принять на борт Батена и себя, в качестве сопровождения; почему-то имя Сигни в документе не было упомянуто, хотя удостоверяющее ее полномочия письмо из секретариата пришло сразу, и Сигни даже уже получила первую толику своего жалования.

Катамаран был очень странным кораблем, если не сказать больше, как и все корабли таласар. Батен уже успел насмотреться к ним издали, наслушаться о их устройстве от соседей-корабелов, но увидеть вблизи такое большое судно, а тем более вступить на его борт ему довелось впервые.

В отличие от всех других судов, которые Батену приходилось видеть раньше, корпус корабля не был полностью погружен в воду.

Его палуба поднималась над поверхностью довольно высоко, опираясь на два продолговатых поплавка, которые почти незаметно выглядывали над поверхностью волн, словно спины гигантских животных, так что могло показаться, будто корпус судна висит над волнами на четырех раскоряченных ногах, словно огромный жук-водомер.

Когда Батен, Сигни и сопровождавший их офицер проходили через чрево корабля, Батен заметил, что трюм заставлен плотно какими-то ящиками, а ближе к проходу рядами лежало несколько довольно громоздких продолговатых предмета, в которых Батен опознал ракеты.

На палубе тоже все было наоборот, чем на имперских кораблях. Взять даже то, что мостик корабля находился не позади палубы, а наоборот, на «носу» судна. Мачты располагались не вертикально, как положено, а являлись продолжением упиравшихся в поплавки опор и выходили из палубы под довольно острым углом, перекрещиваясь вверху.

Их было две пары, и на каждой паре, перекинутое с одного скоса этой странной мачты на другой, располагалось по длинной рее, далеко вынесенной за борта судна, на которых крепились два главных косых паруса. Их натяжка и площадь парусов как раз регулировались высотой подъема реи, шарнирно закрепленной на одном скосе и скользящей в специальном креплении по другой.