Приют изгоев

Во всем теле после недавней бани с купанием в роднике и обильного, сытного ужина была разлита приятная истома, и ни о чем не хотелось думать. Он и не думал. Просто лежал. Просто смотрел.

Просто привыкал.

Слегка перекусив с дороги ― много есть никому не хотелось, поэтому время до бани провели, попивая молодое, приятного вкуса вино, заедая его какими-то фруктами, ― золотари коротали время в разговоре с мамой Корви о чем-то своем, для Батена постороннем. Про него как будто забыли, и он сидел посматривая по сторонам, пригубливая вино, скромно пробовал фрукты и невольно прислушивался к беседе, мало что понимая не столько из-за необычного акцента, сколько из-за обилия незнакомых слов и непривычных сочетаний слов вроде бы и знакомых, да употребляемых в неожиданных смыслах.

Потом была баня. Самая настоящая, хоть и устроенная в пещере. С густыми клубами сухого пара, с душистыми, тоже из каких-то незнакомых веток, вениками, с терпким ароматом какой-то жидкости, которой Грус то и дело плескал на горячие камни печи, и, конечно, с непременным прыганьем в небольшое озерцо с невероятно холодной водой в то же озерцо, выскакивая из соседней дверцы, с визгами прыгали и плескались там парящиеся за стенкой девушки, и Грус с Волантисом охотно заигрывали с ними, а те не менее охотно принимали их знаки внимания и поглядывали на скромненько прикрывающегося Батена, которому столь буколические нравы были в диковинку.

Словом, баня здесь была в лучших традициях, такой и в Империи не везде сыщешь.

Сразу же после отужинали по-настоящему: яичница из яиц местной разновидности перепелов, жареные попугаи на вертеле, по особенному приготовленное сало местного посола, с незнакомыми приправами, огромное количество самых разных овощей и вино, тоже местное, из полудикого винограда... Все эти деликатесы и многое другое, что подавалось на ужине, было вовсе не в честь прибытия Батена.

Как он понял из разговоров за столом, где кроме золотарей и мамы Корви присутствовали еще несколько человек, сливки местного общества, его спасителей почти каждый раз встречали в деревне подобным образом. Их действительно здесь уважали за их малоаппетитную, но необходимую работу. Быть золотарем на Стене было не зазорно, а скорее наоборот ― почетно и престижно, вроде как купцом в Империи. И не накладно.