Остров жизни

Коловорот ветра меж скалами! Чёрные когти! Боль! Не способный охотиться хищник – мёртвый хищник. Покрытые сажей ноздри раздулись, выпуская пару белёсых струек. Смрад металла унёс лёгкий прохладный ветерок, и теперь аромат жизни щекотал слух. Слабая и едва различимая, но это была жизнь. Нечто, жизнь дающее и жизнь поддерживающее. Чуть припадая на исполосованную по всей длинне лапу, чудовище, будто сопротивляясь ураганному ветру, двинулось к карете. Удар, и хвост прошёл сквозь боковую стенку. Три из четырёх колёс оторвало, и, точно вальсируя, экипаж протащился так дальше, подпрыгнул и перевернулся, прежде чем с треском врезаться в коряжистый и чёрный ствол вяза.

Очередное разочарование. Всё, что чудовищу удалось обнаружить, – это корзина с его коготь величиной. Чуть смугловатое лицо.

«Не боится», – отметил для себя зверь, хотя это и было сказано, скорее, в укор. Лишь безумный может позволить себе не бояться силы, много превосходящей его собственные пределы. Начиналась метель. Несколько ледяных пылинок уже порхали в воздухе, белыми бабочками облетая сложенные крылья и ряд из шипов на спине.

Почти зимний ветерок приятно холодил раны чудовища, принося облегчение, но комочку жизни он по вкусу совершенно не пришёлся.

Как нечто столь маленькое может орать столь громко?!

Это был конец… а, возможно, и нет. Холодный взгляд вернулся к карете. Дорога! Когда-то в беспробудной древности дракону уже приходилось ходить по звериным тропам. О-о этот присущий молодости, опьяняющий азарт охоты.

Он исчезает уже на третье столетье, уступая льду сознания. Здесь змея не ждал в конце пути кабан, но, если повезёт, нечто съестное всё же могло упасть в пустой желудок. Еда, укрытие и время, вот всё, что ему сейчас было нужно.

А комочек всё орал. Дрожь прошлась по ряду костяных пластин на боках. Резкий и раскатистый, звук эхом отдавался под выступом на подбородке, множась и путая сознание.

– Молчать! – на своём гортанном наречии фыркнуло чудовище, и слух тут же резанула тишина. Достойная уважения дальновидность.

Жизнь закрыла рот и, будто чувствуя, что что-то не так, в противовес открыла глаза. Большие карие глаза, совершенно обыкновенные для человека, для зверя они отливали белой короной золота. Точно белоцветник на чёрном полотнище. Зрелище интересное и весьма ценное, при условии, что ты способен оценить красоту.

«А тем временем в котле».

(Кузьма Прохожий. Из услышанного на дороге).

***

Снегопад усиливался. В маленькой деревне.