Ростки под гнётом

Кухарки постарались на славу, никто не смел сказать иного — Чёрный легион во главе с генералом Максимусом лихо ворвался в родные земли с триумфом и принёс с собой победу, которую так сильно жаждал Князь Еферий, словно собиравший каждый разгром неприятеля в свою личную коллекцию. Отразив еще одно нападение с Севера, армия укрепила позиции западной части великого государства Меридиан, раздробленного изнутри распрями, смутой и кознями, что строили Помещики.

Среди пустых столов мелькнул подол черного платья. Тяжелый бархат юбки едва касался камня.

Белокурая обладательница одеяния неспешно плыла между скамей, не надевая на голову капюшон и не озираясь по сторонам. Она не беспокоилась, что её кто-либо мог застать. Лунный свет просачивался сквозь окна, и его лучи падали на каменную кладку пола, отражаясь на точеном лице и искрясь в изумрудных глазах. Шаги Княгини отдавались эхом среди почти потухших факелов.

Оказавшись в восточном углу зала, Помещица осмотрела гобелен, скрывающий за собой черную железную дверь.

На ткани застыла в полете огненная жар-птица. Большие крылья ее, вышитые самоцветами, переливались, отражая свет луны. Приподняв шпалеру, Елена проговорила шепотом заклинание, отчего высеченное на двери наречие засветилось, заискрилось, и послышался щелчок, словно бы в замочной скважине повернули ключ. Дверь медленно отворилась, открывая Княгине темный длинный коридор. Лёгкой поступью она спускалась по каменной лестнице вниз, минуя одну арку за другой, углубляясь в подземелья. Серебристый свет луны не освещал тёмных катакомб, делали это лишь пляшущие огни факелов. Зоркий взгляд её скользил вдоль стен, словно она могла увидеть сквозь них то, что творилось по другую сторону каменной кладки. Время близилось к полуночи.

Княгиня прошла в самое сердце подземелий, минуя многочисленные повороты и туннели, и оказалась один на один с каменной статуей, возвышающейся над нею почти вдвое. Женская недвижимая фигура была облачена в богатые меха и одежды, так же высеченные из мрамора.

На каменной шее — каменное ожерелье. Глаза, точь-в-точь такие же, как Княгиня помнила их при жизни Рейны, смотрели куда-то вверх. Холодные твёрдые, но тонкие пальцы, такие же как у Елены, держали в руках каменный цветок лилии. Княгиня Рейна славилась своей красотой во всем Государстве. К ней приезжали свататься не только из других семей помещиков, но и из других стран, за пределами Великой воды, проезжая через восточные земли Меридиана и сам Капитолий.