Песнь виноградной Лозы. Запах трав.

Больше никто уже острить не пытался. 

Слава Варуну, выступать пришлось на свежем воздухе. Для делегации был накрыт стол в белой беседке, расположенной около административного здания. 

Несмотря на то, что верхний город Пеллы был ещё не достроен, мусор стройплощадки к мероприятию был убран. Вокруг главного здания земля была уже вымощена. По кругу высажены ровным полукруглым строем взрослые деревья, которые, благодаря иерам Додоны, прижились и пошли в рост. За зданием располагалась круглая базилика, полностью законченная, отделанная шестигранными пластинами белого камня.

Когда закончится облицовка административного здания розовым камнем – будет совсем красиво.  

Перед входом в общественную часть верхнего города, ещё сияла огромная яма, остаток строительных работ, через неё были переброшены мостки, для удобства передвижения. 

Алесь окинул накрытые по кругу беседки столы, невольно хихикнул. За расставленными столами пирейцы с афинянами точно не передерутся, вставать, бежать по кругу, чтобы вцепиться в противника на глазах у всех – желающих найдётся мало.

 

Во главе стола перед гостями стояло зелёное месиво. По повелению правителей тут явно изгалялись в сервировке.  

Масса фруктов, украшенных цветами.  На столах зелёные ветки с праздничными лентами. Зелёные гирлянды, разложенные для красоты, с яркими бубенчиками и колокольчиками. Ну, они с праздника Нового Года остались, вот их и пристроили, перед тем как выкинуть. 

Мясо на столе, порезанное тонюсенькими кусочками, выглядело крайне артистично, со вставленными в блюдо крупными цветами.

Блюда с рыбой украшены ягодами и травами. Салаты из водорослей в изящных мисках. Почему-то никто не додумался украсить ракушками. Чтобы на зубах скрипели. Печеная тыква, порезанная ломтиками, была украшена красными ягодами, смотрящими из неё словно глаза гарпий. Цветная капуста, обжаренная в панировке, мелкими соцветиями взирала на гостей.  Явно отец Коки и Фифы притащил всё это со своего огорода. А капуста точно Аминторова, это у них она уродилась в этом году в огромном количестве, сочная, крупная. Там её уже видеть никто не может. 

Алесь подавил улыбку, прикрыв расползающийся рот рукой. В жаренной птице, украшенной перьями и круглыми соцветиями цветной капусты, он опознал щуплую птаху, три дня назад убитую им случайно на охоте. Сокол, играя, задрал. На эту пташку никто больше не позарился. Отец тогда откинул её в сторону, как худосочную, не пригодную для еды.