Риверхилл

Остров света в море тьмы. Сердце города, что упрямо билось, прокажённое, раненое, но живое.

А, значит, город ещё жив.

...но где Элейн?..

Выпустив верёвку, Майло перевесился через балкон, жадно выискивая хоть кого-то живого на опустевших улицах. Чёрные ветра так и текли по ним как по каналам, и вот один из ветров подгонял замотанную в балохоны фигуру, что отмахивалась от мотыльков. Одинокий огонёк среди обители смерти.

Кроме неё, никто не откликнулся на колокольный зов.

Никто не откликнулся...

...все мертвы.

..

—Элейн! — выпалил Майло с высоты.

Фигура подняла голову, и потоки сорвали с головы покров, подхватывая её длинные пряди. На лице её виднелась знакомая маска с кожаным клювом.

—Майло! — едва распознал он ответный крик.

И он бросился вниз по ступеням. Хоть город и умирал, но он пока не сражён, ещё не умер до конца, пока жива Элейн. Он спасёт её, как и обещал.

Он ещё может спасти...

—Элейн! — пускал он на ветер её имя.

Она близко, он видел, как она бежала к церкви. Тьма заслоняла пламя её души, мешала услышать.

Спирали черноты волнами накидывались на Майло, захлёстывая под собой, по крупицам отнимая силы.

—Элейн! — но он кричал, звал дальше. Он шёл вперёд и невольно представлял себя чугунной свечой с вывески их дома, вокруг которой настойчиво вились дьявольские твари, стремясь потушить упрямый огонёк.

Вот она. Нашлась. Вынырнула из дымовой завесы, отделившую площадь от главной улицы.

—Майло! — маска висела на её шее грузом каторжника, и ветра дёргали её за ремни, поднимали ввысь рваную ткань.

—Элейн!.. — Майло на бегу заключил её в объятиях, и новый порыв ударил в лицо, вымывая оставшееся тепло. Усыпляющий гул проглатывал звуки, будь они тихие или громкие, вплетал ядовитую усталость, перекрывая сбивчивую речь Элейн:

—Никого не осталось... Обошла весь город, никто не выжил. Никто!.. Мы с тобой одни.

...да и по нам забьют в колокола, было бы кому...

Майло стряхнул эту мысль. Боль удушливо сжала горло, пока по коже разливалась болезнь.

Свет метался в панике, истончаясь из мига в миг, рассыпаясь на затухающие искры. Убирайся, выходи из меня! Прочь! Но тьма смеялась над ним, смеялась над Элейн, чьи щёки распухли от шеи до ушей, почернели так, словно это не плоть, а сколы угля.

— Держи меня крепче... Мы справимся...

— Не справимся! — брызнула Элейн в лицо. — Мы и так не справились!.. Всё, что нам осталось, это доживать. Ждать, когда смерть заберёт нас...

...тебя она не заберёт...