Странствие духа

Вспомнил Авлан, как провалился в дыру, что неведомая тварь в дне реки проела.

— Добрая красавица, сначала привет тебе, потом разговор! Где же я очутился?

— У меня дома, — отвечала дева, улыбнулась смущённо. — Не больно-то богато живу, уж не взыщи, что такой убогий приют для тебя нашёлся. Знала бы, что великий Авлан, покровитель шилкинских людей, ко мне пожалует, — приготовилась бы…

— Не наговаривай на себя, хозяюшка! Ты меня на ноги подняла, я-то уже с жизнью прощался… А кто меня от древорукого избавил? Мне показалось, будто огненная плеть его ударила.

— Это я была. На удачу взяла с собой своё оружие, от предков завещанное. Здешние-то духи его боятся, огонь ведь им всем враг. Потому и в очаге у меня, сам видишь, огонь Нижнего мира горит, — она протянула руки к синему огню, будто грелась.

— Зовут меня Ивеклан, я здесь живу пленницей, заложницей. Мой отец — великий шаман, а мать — небесная дева. Отец обрёл великую силу в Срединном мире, да не в добрый час затеял состязание с великим Урэном.

Думал легко его одолеть, всех его духов себе подчинить, а вышло наоборот.

Ивеклан потемнела лицом, сжала пальцами расшитый подол кафтана:

— Урэн хотел сожрать душу отца — тогда бы он насовсем попал в его власть, был бы у него на посылках вроде мелкого духа. Я сама Урэну предложила забрать меня в Нижний мир, а душу отцову отпустить. Правду сказать, я не подумала хорошенько, что буду дальше делать: полезла в силки и застряла! Отца-то Урэн отпустил, это я наверняка знаю, а вот я теперь ни живая ни мёртвая в Нижнем мире навеки останусь, и даже смерти мне не видать…

Авлан похолодел: вот где ужас-то!

— И что же, Урэн женился на тебе?

— Какое там! — Ивеклан рассмеялась невесело.

— Жена может многое про мужа разузнать, ключ к его силе подобрать. Этого Урэн пуще всего боится! Я у него всякую работу делаю: то постирай, это почини, обед приготовь, шкуры выделай. Но сейчас он далеко: какие-то дела водит с манги и хэеками в мире людей. Его долго тут не будет, не тревожься! — И подвинула в огонь обгоревшую веточку, отдёрнув пальцы, чтобы не обжечься.

— Я не за себя тревожусь, — сказал Авлан. — Как бы тебе не вышло беды! Урэн вернётся — узнает.

— Ничего, как-нибудь, — отмахнулась Ивеклан. — Его ещё нескоро ждать, отдыхай, выздоравливай! Я пойду за дровами, не теряй.

И выскользнула в дверь. Авлан полежал ещё, проверил, слушаются ли лапы. Вроде пришёл в себя — пора бы! Он-то уж точно не собирался дожидаться здесь Урэна.