Странствие духа

— Славные духи, сначала привет вам, потом родственный разговор!

—Знаем твоё славное имя, сонинг, знаем и куда ты идёшь, — поклонился волк. — Мы с братьями-сёстрами говорили.

—Тогда знаете и то, о чём я ваших братьев-сестёр спрашивал.

— Да, о людях шилкинского племени, — кивнул волк. — Да что о них говорить, ты ведь всё видел. Манягирам мы больше не помощники.

—Всё понимаю! Да ведь не все они перед вами виноваты?

Соболь заскакал вокруг него:

— Не будь мы духи рода, мы бы разбирались, кто и чем виноват. А в нашем положении по-иному нельзя! Род виновен — пусть род и страдает.

И ты, небожитель, нас не отговоришь, даже не думай. Не станет больше на шилкинской земле манягиров, таков наш приговор.

Гарпани не успел и рта раскрыть, как вмешался волк:

— Ты нам про детей не рассказывай! Вырастут дети, нашими усилиями сохранённые, и станут вспоминать, как злые духи их предков истребили. А как их предки на своих защитников напали — этого они вспоминать не будут! Мы уж учёные, знаем, какова память человеческая.

Решено — всем погибать! Поверх рыбьих костей человеческие кости лягут.

— А сколько они рыбы истребят? С этим как быть?

Соболь недобро усмехнулся:

— А Дуннур-Мать им больше рыбы не пошлёт. О том у нас с ней договорено: она согласилась, что ради таких никчёмных людей речной народ губить незачем. Перестанут добывать рыбу, съедят свои запасы, а потом мы с радостью поглядим, что он дальше жрать начнут! Может, друг друга?

И два духа оскалились в злобном смехе.

Гарпани на мгновение разозлился было на них — а потом пожалел.

Это ведь они от бессилия исходят яростью. По-иному они не в силах повлиять на людей. А когдав самом деле погибнет весь род — с чем эти двое останутся? Они ведь плоть от плоти манягиров, исчезнут люди — и от них самих многое отнимется…

Гарпани задумался, поглаживая пса; духи не мешали — сели у огня и глядели в пламя своими странными глазами, не человеческими, не звериными…

Долго длилось молчание, потом Гарпани заговорил, подбирая слова:

—Родичи мои, вы — светлые духи, наследники великого Авлана.

Он сражался с властью Харги и его сообщника Урэна. А сейчас род, вашему покровительству доверенный, своими страданиями кормит Харги. Если вы напрочь от манягиров отречётесь, останетесь ли вы светлыми духами? Нет, не говорите, что вам всё едино! Наследие ваше драгоценно, его надо сохранить. Да и ваши дедушка с бабушкой, родители матери, зря, что ли, свою жизнь отдали?

— Ты к чему ведёшь? — хмуро спросил волк.