Звездный Мост

Казалось, было слышно, как трепетно стучит истерзанное ломящей болью сердце Коловрата.

− Что делать будем, боярин? − осторожно спросил Тихон.− Надумал ли?

Ратники подавленно молчали, натруженно опираясь на крепкие древки копий и червленые щиты. Некоторые украдкой плакали скупыми слезами.

− Я пойду вослед за Батухой! − ровным голосом сказал Евпатий.− Вас не неволю. Дело погибельное, сами разумеете… Но иначе не могу! Не имею сил, други. Нет земной жизни для меня. Украл мою душу проклятый ордынский хан!

По рядам воинов прокатился сдержанный говор, зазвенело железо щитов.

− А нам-то что − обратно вертаться? − с надрывом выкрикнул один из черниговцев, долговязый парень в рогатом шлеме.− После всего этого?! Да срам глаза повыест!.. Мы купно за тобой тронулись, друже Евпат, на князя своего наплевав с высокой колокольни! Так не гони уж нынче, не лишай надежды на отмщение…

− Верно! − угрюмо поддержал его белопольский коваль, кряжистый мужик со следами копоти на обожженном, покрытом мелкими оспинами лице.

К Евпатию подошел затянутый в кожаные доспехи шаруканин Боняк, статный витязь с прямыми волосами цвета соломы и длинными усищами на дочерна загорелом лице, изувеченном корявым шрамом от сабельного удара, протянувшимся по впалой щеке от вислого уха до чисто выбритого подбородка.

− Правдиво речешь, воевода! − сказал он звучным голосом, в котором играли половецкие нотки.− Бери нас под свою длань, веди на шайтанов мунгальских!

− Не воевода я,− покачал головой Евпатий.

− Ты,− мягко возразил Вольга, положив руку ему на плечо.− Именно ты, рязанский боярин, ратоборец известный, встанешь во главе изгонной рати для свершения священной мести… А мы пойдем за тобой!

− Веди! − настойчиво повторил Боняк, и воины страстно поддержали его, вздымая к небу мечи и сабли.− Веди нас, воевода! Как голодные волки степные ринемся мы за ворогом лютым и будем грызть его теплую плоть!

Евпатий пригладил пятерней непослушные волосы, поклонился войску и взволнованно произнес, глотая горячие слезы:

− Благодарствую за честь, браты!

Воины согласно ударили мечами и стружиями копий в червленые щиты, ряды их сомкнулись, кто-то задорно прокричал звонким голосом: «Слава!».

− И не помирать мы идем, а насмерть биться! − убежденно прибавил Вольга, и тяжелые слова падали на ратников пудовыми камнями, выпущенными из порока.− Посему думайте не о смерти, а о славе вечной, ибо помнить нас люди будут в веках!..