Священнослужитель

Я хотел было рассказать еще старцу несколько почерпнутых мной ранее из СМИ сведений о развитии семейных традиций в других странах: например, как в Греции замужняя женщина меняет отчество на отчество мужа, или как в Исландии, если у ребенка нет официального отца, отчество ему дает мать, но нашу беседу прервали.

Соседки новопреставленной Евдокии принесли в храм единственное сокровище усопшей – небольшую, выцветшую от времени икону Спасителя, перед которой солдатка Гликеришна возносила свои мирские просьбы и благодарственные молитвы.

— Посмотри, отче, - обратились взволнованные женщины к настоятелю храма, - чтой-то с иконкой не так.

Закопченный образ был покрыт крупными каплями желтоватой маслянистой жидкости, которые, собираясь в струйки, сочились тонкими ручейками по обеим сторонам иконы.

Мне уже приходилось раньше видеть чудеса мироточения икон, и отцу Ипатию, видимо, тоже. Он спокойно принял от женщин благоухающий образ, торжественно возложил на Престол в алтаре храма.

—Наша усопшая была великой труженицей и молитвенницей, - вернулся старец к взбудораженным прихожанкам, - и Господь указал нам на это.

Будем же усердно молиться о душе праведной рабы Божией Евдокии, и просить ее ходатайств у Горнего Престола о нас грешных.

По храму, в особенности же в алтаре, разлилось дивное благоухание ароматов неземных благовоний.

Отец Ипатий встал перед Престолом на колени, трижды поклонился чудотворному образу:

—Молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас, - старец негромко, чтобы не нарушать чтения заупокойного псалтыря, принялся читать перед иконой Акафист Нерукотворному Образу.

Я опустился рядом с отцом Ипатием, радуясь редко выпадающей возможности помолиться вместе со своим наставником. Размеренная молитва духовника всегда настраивала на высокодуховное настроение, вносила в душу умиротворение и благодать. А каждое слово молитвы вызывало в душе чувство уверенности во всех происходящих событиях бренного земного бытия и сопричастности к Горнему миру.

—Аминь!

Отец Ипатий с просветленным лицом, как всегда бывало после его молитвенного общения с Богом, оборотился ко мне:

— Отец Анатолий, прошу тебя оставить пока работу над табличкой.

Попробуй выяснить, что за дивный образ жизни вела наша усопшая. К стыду моему, надо признаться, я совсем ничего о ней не знаю.

Я с большой охотой отправился на отдаленные выселки, потому, как и сам горел желанием подробнее узнать о жизни своей праведной односельчанки.

По пути завернул домой.