Странник

Благодаря темному загару особенно ярко выделялись серые глаза, веселые и жестокие. Прямые соломенные волосы падали на плечи. Сейчас, когда он задумался, между бровями выступила складка.

— Вспомнил! Я это видел у книзского бургомистра. Вроде талисмана, от несчастий бережет… Точно. Он мне ее показывал.

У Адрианы отлегло от сердца, однако она старалась говорить как можно равнодушнее.

— Верно. Он меня к тебе и послал.

— Так что же?

— Книз два месяца в осаде. Орденские войска. Если — самое большее через неделю — ты не явишься на помощь, город падет.

— Через неделю, говоришь? — он смотрел на нее косо и, как ей показалось, с издевкой. Адриана ощутила злобную дрожь. Неужели все было напрасно?

— Как бишь, ты сказал, тебя зовут?

— Странник я, странник. — Она вовсе не собиралась открываться перед этим человеком, совсем ей это было ни к чему. Она не могла бы точно вспомнить, из каких глубин сознания выскочил этот «Странник», однако сейчас он пришелся весьма к месту.

— Шутник твой Арнсбат — младенцев ко мне посылать!

— Взрослые нужны на стенах, — холодно сказала сна.

Он не нашел, что возразить. Адриана продолжала: — Это еще не все. Люди Визе знают, где ты, и пока что тебя побаиваются. Но к Визе идет с большими силами Мутан из Брика. Вместе они возьмут город, и тогда пусть Бог вам поможет!

Вельф Аскел вскочил.

— Откуда ты знаешь?

— Уши у меня есть или нет? Или я слеп? Я же не по воздуху сюда шел…

Он опять хмурился, глядя на нее.

— Кто сеньор Книза?

— Никто.

Мы — вольный город. Только королю налоги платим.

— Болваны. Лезете на рожон за свои вольности. А город должен иметь сильного защитника.

— Вот ты и будь им.

Он бросил ей ладанку, которую до того держал в руках.

— Сиди, отдыхай. Не до тебя мне теперь.

— Так что же? — В карих глазах блеснул злой огонь. — Если нет — нет, так и скажи, я пойду, меня с ответом ждут!

— Ты, щенок! Разве такие дела так решаются? Горожане чертовы! Войско — не человек, развернулся и дунул в другую сторону! Сиди, говорят тебе! Жрать, наверное, хочешь? Не отвечай, сам вижу.

Скажу, чтоб принесли. Сиди… Странник.

Он вышел. Адриана уселась на ковер, уткнув подбородок в колени. Новое имя было за ней утверждено. Но торжественность этой минуты не была оценена ею по достоинству.

Так-то оно так, но когда ей принесли завернутый в тряпицу круглый хлеб, полкурицы, две сушеных рыбки и флягу с вином, ей стало не по себе, ибо еще до осады она отвыкла есть досыта.