И.о. ангела-хранителя

Лакей с поклоном принялся что-то объяснять – судя по всему, с цветами возникла какая-то накладка.

Кая слушала его с заметным огорчением, и Канлар отдельно заметил, как она растеряно провела рукой по своей шее – в жесте этом было столько огорчения и разочарования, что у него сердце сжалось.

Он поймал себя на нелепом, идиотском, безумном желании в два быстрых шага подойти к ней, обнять со спины и поцеловать в эту самую шею, утешая и высказывая поддержку и нежность.

Ему так мучительно-остро захотелось этого – казалось, он уже чувствует ладонями ткань её платья, ощущает запах её фруктовых духов и касается губами тёплой кожи, – что он задрожал от этого глубинного, пожирающего любые разумные доводы желания.

Резко развернувшись, он поскорее вышел, гадая про себя, сможет ли раздобыть где-то ирисы.

…ирисы нашлись у одного ньонского купца, и их доставили в разгар бала специально в подарок королеве. Она, уже смирившаяся с тем, что сегодня наряд её будет украшен хризантемами, просияла, увидев пышную корзинку желанных цветов, и тут же ускользнула обновить наряд.

К следующему танцу она вышла совершенно сияющей восторгом и радостью. Платье её и причёска, украшенные свежими ирисами, были великолепны – Канлар глаз не мог отвести.

Своё участие в этом подарке ему удалось скрыть – но он много раз потом вспоминал тот восторг, которым горели её глаза на этом балу, и чувствовал себя самым счастливым человеком не свете.

***

Опасения королевы оказались пророческими: чем дольше Реамунд был королём – тем сложнее ему удавалось держать в руках свой нрав.

Если сперва он хотя бы пытался соответствовать своей новой роли и вести себя сообразно своему статусу, то, чем дальше, тем больше копились в нём негодование, усталость и злость. Он потерял свою жизнь; он потерял самого себя; и, не умея справиться с этим, он начал срывать свою досаду в злых выходках, которые становились всё более и более заметными.

Один случай вышел совсем неудачный. На приёме в честь прибытия нового ниийского посла король вёл себя демонстративно враждебно; предупреждённый Канларом заранее посол, впрочем, старательно сглаживал это впечатление, поскольку ссоры с Райанци не входили в ближайшие планы ниийцев.

Однако, не находя должного ответа на свои дерзости, Реамунд вконец обозлился и вытворил вещь совсем уж скандальную. Уверенно подхватив под локоть супругу посла, он решительно отвёл её в сторону и там принялся осыпать комплиментами, скорее вульгарными, чем изысканными.