Сын Нила

Юная жрица выглядела довольно плохо, она изрядно похудела и осунулась, как будто бы не спала последние дня три. Выражение лица было равнодушным и печальным, а глаза были покрасневшими от слёз.

— Полагаю, все ругают бурю, о чём бы ещё им говорить? Я такой же пленник как и вы, жрица, так что вопрос не имеет смысла.

— Буря не закончится сегодня, мой принц. И не отведёт своего взора от кораблей. Сегодня я уйду и приду завтра.

Девушка развернулась и больше ни на кого не глядя вернулась в личную «комнатку» Нефертити.

Принцесса с тревогой смотрела на свою сестру, но ничего не говорила, только сжимала в тревоге губы.

— Не отведёт взора? Тсссс, она считает, что Сет гневается на меня?! — В стеснённых условиях сдерживаться Аменхотепу было всё сложнее и Змей рвался на волю. Наследник и не подозревал как много пользы приносили ему пустые пространства личных покоев и сокровенные беседы с жрецами.

— Не гневайтесь, Наследник, — к принцу с поклоном подошёл Эйе, выглядящий удивительно расслабленно, учитывая обстоятельства.

— Я думаю, что моя воспитанница имела в виду «око бури». Так моряки называют самую спокойную часть шторма, окружённую самым сильным ветром. Я всю ночь задавался вопросом, почему нас, находящихся на открытой воде, почти не касается песчаная смерть. Теперь же у меня есть ответ.

— У ваших воспитанниц довольно обширные знания. Правда само воспитание хромает, — Съязвил Аменхотеп. На него вынужденный плен на ладье влиял ничуть не меньше, чем на Змея. Характер портился с каждым лишним часом.

«Дурак! Сссследи за языком!» возмутилась божественная часть. И принц был с ней согласен, но если бы это было так легко!

— Ах, вы раните меня своими словами, Наследник! Разве Нефертити не прекрасно воспитанная дева? А Беренмут могучая жрица, для которых, как вы знаете, свои законы. Да, она прокралась к сестре тайком, но разве это не спасло наши жизни? Велика сила Исиды, не каждая выдержит её волю. Ещё день и ночь обещала Беренмут нам «око». А там или буря исчезнет…

— Или нам будет уже всё равно, — кивнул Аменхотеп.

«Что говорят в городе?» вспомнился принцу сорванный голос жрицы. Что мог он знать? Хотя, на самом деле ведь мог! От кого здесь он скрывает свои силы? Бадру в открытую назвал его демоном, люди не могли не задуматься. Но если «демон» спасёт жизни, пусть и воспользовавшись жрицей Исиды, то не станет ли он богом? Ведь разницы нет, это лишь вопрос восприятия людей. Не полезный, значит демон. Полезный — бог.