Пастырь теней

да что я вам толкую по-дурацки – Мару-пастыря спросила, она доподлинно всё ведает.

Напоследок Мара вынула старый четырёхгранный свечной фонарь – стёкла в железных оправах, зарешёчены, – какой и буря не загасит, и зажгла в нём свечу, пояснив:

– С прошлой Пасхи, заветная. Я таких у деревенских пяток выпросила – они теперь сговорчивы… Тени ветхие, старинной жизни, автомашин не знают и страшатся, а святой огонь сквозь камень видят, он будет как маяк.

– Я полагал, мы их в багажник…

– Тс-с-с, не говорите так. Они пойдут за фонарём.

– Машина быстроходная.

– Надо будет – и обгонят. Стих про Ленору читали? Die Todten reiten schnell.

– Мёртвые едут быстро…Вы знаете немецкий?

– Еле-еле. Но это вытвердила. Что с этим швабов отправлять… куда следует.

– Тогда едем. Трубите сбор, или как там положено.

Выезжая из главных ворот Лансель-Каса, Андри заметил, что команда американского геотехника, второй день ломавшая головы над причиной обвала, как-то вся разом дёрнулась, будто шарахнулась от «бугатти», хотя между ними и воротами было с полсотни метров.

Машинально он глянул в зеркало заднего вида – и всё понял, и ощутил себя всадником, скачущим во главе Дикой Охоты, а в памяти зазвучал «Полёт валькирий».

Будь дороги Кадора прямыми и ровными, как автобаны Германии, путь от Нагоры до Обалы занял бы у Андри четверть часа, а люди запомнили бы лаково-чёрный с красной полосой снаряд, вихрем промчавшийся мимо со стремительно тающим шлейфом выхлопного газа.

Но трассы были извилисты и каменисты, улочки узки, и гости острова то восхищались, то кривились: «О, средневековье!.

И сперва геотехническая группа, затем нагорцы, а за ними жители придорожных деревень увидели неповторимое зрелище, позже вошедшее в хроники невероятных и ужасающих явлений как «Чёрная Кавалькада 20 марта 1946 года» или «Когда все тени Лансель-Каса поднялись на крыло». При этом хроникёры, безбожно путая известных персонажей, писали: «И вот, конь вороной, и на нём всадник, и ад следовал за ним».

Между тем всё было просто – шофёр в очках и крагах за рулём, рядом девушка со свечным фонарём, за ними стаей по воздуху тени, которые захотели показаться. Сами они так решили, или их попросили о том – история умалчивает.

* * *

Следует отдать должное полковнику Ричардсону, командующему базой в Обале – поначалу, столкнувшись с потусторонней силой, он повёл себя сугубо по-мужски, то есть туповато, отважно и с юмором.