Пастырь теней

Андри с запозданием понял, что часть его соотечественников реально, всерьёз и ответственно занималась странной, но несомненно нужной работой. О пастырях он, как любой мореец, слышал с детства, ему на них даже показывали, но в их сумрачное дело он не вникал. На взгляд просвещённого человека все эти хиджи, кузни в подземелье, чтения чёрных книг в круге, начерченном против солнца, мало чем отличались от сказок братьев Гримм. И вот, пожалуйста – целая корпорация, к помощи которой он прибегнул от отчаяния.

– …значит, остаётся только Мара, – подытожила супруга некроманта.

– Мара! – Пьетро, доселе державшийся чинно, руками всплеснул. – О чём ты?!

– Врачи говорили, что она уже нормальная. Просто её нужен дом и уют. Пусть поживёт в Нагоре. У вас есть фамильная усыпальница? – обратилась Милица к гостю. – Пастырю лучше, когда рядом ухоженный склеп…

– Я думал, ты будешь милосердней к бедной девушке.

– Петар, она полгода просидела в сумасшедшем доме. А до того носилась по кустам как горная коза, воображая, что по-прежнему идёт война.

Я уважаю её горе, сочувствую ей, но почти год скрываться от действительного положения вещей, не будучи раненой в голову – это уже слишком. Она должна вернуться в мир, какой он ни есть. Дать ей работу – значит, спасти её. Таково моё мнение.

– Если я правильно понял, – осторожно заговорил Андри, – то эта особа…

Пьетро досадливо поморщился:

– Когда Милица с её бойцами изловили Мару, я помог устроить её в замок Антемураль на лечение. Большей частью потому, что ей банально некуда идти.

Её деревня сожжена, там одни тени. Их взял под опеку Лука из Цомпани. Когда-нибудь ей надо возвращаться к делу. Мы все в сложном положении сейчас. Было много напрасных и ранних смертей… боюсь, вы и представить не можете, сколько на островах теней без пастырей. Их страдания и гнев отражаются на нас, живых. Давайте попытаемся пристроить её к вам – а там посмотрим!

* * *

Глава 3

– Я не сумасшедшая, запомните это хорошенько, – сразу заявила Мара, едва Андри ей представился.

Как бы вместо знакомства.

– Мне всё равно, – дружелюбно и искренно ответил он. Пока хлопотали об освобождении Мары из психбольницы, в парке Нагоры вырыли ещё с десяток ям. Кладоискатели являлись с ружьями, и старик-касатин (на материке эта должность звалась «кастелян») из особняка не высовывался. Он был одинокий; остальные уволились и прихватили того-сего из вещей.

– Хорошо, коли так. – Голос девушки стал мягче.