Сердце Снежной королевы

Видимо, она держала его в руках, когда её скрутил приступ боли. Она повела глазами в нашу сторону, но никак не отреагировала. Лицо и губы были бледными.

Я повернулась к Арчыну.

- Бегом. Сейчас же.

Арчын, слава Богу, медлить и пускаться в дебаты не стал. Сорвался с места и, заметно прихрамывая, выбежал за дверь.

Присев рядом с Оруунэ, я взяла её за руку. Она была холодной и липкой, как лапка лягушки.

- Ты как, мышка моя? - спросила я её тихонько. - Сейчас повитуха придёт, поможет тебе. Ты пока сиди, не двигайся.

И не бойся, всё будет хорошо.

Оруунэ пошевелила пальчиками другой руки, которую держала на животе, плаксиво сморщилась.

- Моя малышка, моя девочка… Я чувствую, как ей там плохо…

Ворвался Арчын, волоком затягивая за собой повитуху.

- Тише ты, упаду из-за тебя, - ворчала та. Но видно было, что она тоже обеспокоена.

Ощупав живот Оруунэ, она принялась поглаживать его через мягкую ткань плавными движениями.

- Иди сюда, води вот так руками, - скомандовала она мне, а сама принялась заваривать травы.

Я потянула носом: ромашка, мелисса, что-то ещё.

Оруунэ тем временем немного успокоилась, губы немного порозовели. Однако взгляд оставался испуганным.

- А что с ней? - спросила я повитуху.

- Так бывает, - махнула та рукой. - Тело готовится рожать, показывает, какая будет боль. Живот каменеет, давит на ребёнка. Надо смягчать. Ты гладь давай, не останавливайся.

Я снова стала водить руками, как она мне показала.

Вошла хотун. Двумя руками она держала корзину, которую я принесла.

Лицо у неё было такое скорбное, что я готова была руку на отсечение дать: Омайон велел отдать корзину повитухе. Несмотря на то, что положение было серьёзным, я невольно улыбнулась и наклонила голову.

Оруунэ, увидев мою улыбку, несмело заулыбалась тоже.

- Скажите, ведь ей нужно лежать, пока не родит? И ни в коем случае не поднимать тяжёлого, верно? - обратилась я к повитухе громко.

- Всё верно, Аяна. Пусть лежит, да ноги повыше. Одеяла, шкуры подложить.

А когда встаёшь, живот подвязывай, - переключилась она на Оруунэ. - Горшок в хотоне поставь, на улицу не бегай.

Арчын метнул на мать растерянный взгляд, а та прикрыла глаза, словно сама готова была потерять сознание. У неё явно был не самый лучший день.

- Может, мне забрать тебя к себе? - шепнула я Оруунэ. И тут же ойкнула вспомнив. - Слушай, а кто такие царские нууча?

Орууэне удивлённо наморщилась, не понимая, при чем тут они.