Ласточка

— Ну, коль таково твое желание, покажи, какой из дальних дворов ты хочешь сделать нашим.

Ласточка кивнула и прикрыла глаза, вытянула руки и принялась ткать голубые купола и дома из белого камня, запутанные улицы, выжженные ослепительным солнцем, дворцы, шатры и белые барашки волн, разбивающиеся о волнорезы у гаваней. Город пух и высился, пока самая высокая башня не достигла высоты плеча. Хозяин довольно поцокал языком.

— Сразу видно, перелетная пташка. Что ж, полетишь ты к Золотому Хану, он как раз третью жену себе подыскивает, — он подошел к ней со спины, положил руки на истончившуюся талию и шепнул в самое ушко.

— Ты затмишь всех.

Как только снег укрыл землю, Ласточка, укутанная в меха, села в запряженные колдовскими конями. Позади устроились сундуки с приданым и ларцы с нарядами. Хозяин сел впереди и правил конями. Сияющие волны снега вырывались из-под полозьев, а перед глазами мелькали леса и деревни. Так они ехали несколько дней, пока на пути им не встретился еще один обоз, от которого также искрило колдовством.

Им правили такие же чародеи, похожие на старых воронов. Они внимательно осмотрели Ласточку, перекинулись парой слов с Хозяином и продолжили путь уже вместе до большого города на побережье. Когда-то, еще в птичьей жизни, беззаботной и теперь казавшейся совсем легкой, Ласточка не раз летала над его крышами. Теперь же она продиралась сквозь грязный снег и сидела в пропахших травами комнатах теремов, где жили придворные чародеи. Те все хаживали к ней и напоминали то, что она уже знала. Что Золотой Хан не должен знать, что Ласточку послали чародеи. Что она должна быть ладна и покладиста, послушна и робка. Хозяин с гордостью повторял: «Она справится».

— А ну, как Хан решит с нее нитку снять, Черан?

До отправления были считанные дни. Ласточка ушла в свою тесную комнатку под крышей и лежала без движения. Сон не шел, но чародеи внизу были уверены, что птица-девица уже давно пребывает в царстве грез.

— Не снимет. Для того нужен серебряный нож.

А такие Хан вряд ли рядом с супружеским ложем держит. Да и Ласточка знает, что говорить, — Хозяин повысил голос до приторного писка. — Это оберег из моих родных краев, чтобы сыновья крепкими родились.

Внизу громыхнул мерзкий трехголосный смех. Ласточка сжала пальцами подушку, давя слезы и улыбку одновременно. В птичьем сердечке появилась надежда.

Дальше все шло так, как задумали чародеи. Под покровом ночи прибыли сваты со двора Золотого Хана.