Янтарь сквозь тернии

Иначе бы стол уже лежал ножками к потолку.

Сегодня утром Амбер вырвала дверцу шкафчика. Просто так. Опять что-то щёлкнуло в голове. Она часто внезапно и резко ломала вещи, иногда без причины, иногда потому, что семья начинала что-то говорит про Аспер. Удивительно, как такое хрупкое больное создание могло одной рукой поднять стул и ударить им об стену. Или переломить об колено трость. Или одним пинком свалить шкаф, где хранились все Ольгины снадобья. Как только ей пытались что-то втолковать, поднимался жуткий визг, который слышали и соседи.

Семья боялась Амбер. Соседи боялись Амбер. Это существо — бледное, костистое, с безумными глазами цвета освещённого солнцем янтаря и длинными бесцветными волосами — иногда вообще переставало быть похожим на человека. Иногда казалось, что это просто... кукла. Жуткая кукла, оживлённая магией. Но ни один голем не может доподлинно повторять человека, не может сам мыслить и что-либо делать вне приказа. Так что, к сожалению, Амбер всё же была настоящей девушкой. Некоторую часть времени.

— Наша младшая... — всё же продолжила Ольга. "Восемь пальцев", "артистка", "охотница" и "разбойница" тоже нельзя было говорить: Амбер умудрялась каким-то образом слышать эти обращения даже сквозь сон. А каждый раз, когда её мозг начинал занимать образ Аспер, всем в округе стоило прятаться во избежание физических и моральных увечий.

— Наша младшая ведь написала нам в одном из трёх предложений в письме, что едет в Валассию. А ведь туман начал движение неподалёку от тамошней границы.

— Это когда было? — произнесла Гретель. — В апреле или мае?

— Захват Мораво-Полонии случился пять недель назад, — напомнил Ганс. — Можно было успеть покинуть страну.

Гретель упёрлась локтями в стол.

— Чёрт знает, какие у неё маршруты! Может, её... уже...

Ольга, бледнее медленно поднесла ладони ко рту.

— Или она не может уехать из страны, как остальные, — разрядил обстановку Ганс. — И письма оттуда не идут.

— Если бы она их писала, — вздохнула мать.

Ганс и Гретель угрюмо замолчали.

Да, Аспер обожала пропадать на целые месяцы, не отвечать на письма и телеграммы, хотя они каким-то чудом до неё всё же доходили, и при всём при этом её никто так и не смог поймать. Казалось, что единственные вещи, на которые этой перекати-поле не плевать — её легенда об охотнике за сокровищами Аспер Восемь и сводная сестра Амбер. Всё остальное — страна, родная семья, другие люди, национальные символы, исторические реликвии — ей безразличны.