ИНКВИЗИТОР Божьим промыслом Пожары и виселицы

А Волков только взглянул на него: что за болван? И снова глядит на принцессу и добавляет, как бы поясняя свою догадку оруженосцу:

- Иначе Её Высочество не доехали бы до моста, с которого потом сбросили её духовника.

- Да, - тут же согласилась маркграфиня. – Вы правы, барон, я не поехала к Тельвису по доброй воле, и тому причиной стал отец Пётр. Именно он. Он удивился, я видела его удивлённые глаза, но при всех, там, он не стал меня переубеждать, лишь когда я дала согласие, когда приняла приглашение, он говорит вдруг: господа, прежде чем отправимся в дорогу, прошу вас, давайте помолимся заступнику всех путников Николаю Мирликийскому…

- И что же они? Эти… – фон Готт, казалось, был весь во внимании.

– Неужто отказались молиться?

- Отказались… Нет, просто граф стал вдруг какой-то растерянный, - продолжала маркграфиня. – А мелкого гада… - тут она сделала паузу, как будто вспоминала. – Мелкого стало корёжить.

- О! Корёжить? – фон Готт так пламенно реагировал на каждое слово женщины, что начинал уже раздражать своего сеньора.

– А это как?

- Я помню его лицо, - продолжала вспоминать принцесса, - сначала он начал кривиться, а когда отец Пётр вдруг встал на колени и начал читать молитву, так он стал сначала смеяться. Смеяться мерзко, иногда его смех переходил в кошачье мяуканье…

- Вы говорите об этом...? – успел вставить Хенрик, когда принцесса сделала паузу между словами. – Об этом мальчишке? Об Викторе?

- Да, я говорю про него… - вспоминала маркграфиня.

- Они называют его Виктором. Вот только никакой он не мальчишка; когда он начал смеяться, когда стал мяукать, он ещё и рожи начал корчить… так вот… иной раз в его личине, в личине красивого мальчика четырнадцати лет проглядывало лицо… лицо взрослого мужчины, только маленькое… С морщинами оно было, со злыми глазами, в пятнах красных. Но тут же снова становилось юношеским.

- И что же было дальше? – Волков, как и все, кто слушал принцессу, хотели знать продолжение.

– Что случилось после того, как этот Виктор стал мяукать и смеяться?

- Он был страшен, когда заходился своим смехом, даже мужи моего выезда переглядывались между собой и смотрели на него с опаскою: дескать, что за дьявольщина. Выкатывает глаза, смотрит на меня и начинает мяукать, и мяучит так пять или шесть раз, а потом вновь смеётся так, что задыхается, и снова начинает кошкой кричать. Фу… - она передёрнула плечами, как от чего-то мерзкого.