Реверанс со скальпелем в руке

Странное состояние… пьяное. Мир вокруг видишь, а себя в нем не чувствуешь. Смотришь, как со стороны… просто наблюдатель - безразличный, вялый.

Так бывает, когда бросаешь все силы на достижение цели. А дотянешься до неё и сразу расслабляешься. И чем больше сил ушло, тем сильнее откат. И от желания это не зависит, контролю не подлежит. Мозг отметил для себя – сделано! И все, дальше уже физиология - элементарно выспаться, восстановиться, отдохнуть морально и физически – от всего на свете. Я хотела спать. Трое суток, блин!

Может по этой самой причине и живого любопытства не было.

Я просто смотрела по сторонам и слабо улыбалась, во всем положившись на Гарреля. Почему-то казалось правильным улыбаться этим людям. Улыбка была, как приветствие, как протянутая в дружеском жесте рука или ниточка, дающая направление будущим отношениям – открытым, почти братским… я так думала, так хотела. Мы станем соратниками – воинами одной рати. Когда плечом к плечу и друг за друга – кто как может. Я надеялась и даже верила, что что-то могу. И примирительно улыбалась, слушая Гарреля:

- На многое не надейтесь, мадам – Дешам вас не примет. Он хороший лекарь и человек неплохой, но со странностями – верит только в Авиценну. Нет для него авторитетов даже в Королевской академии, а уж ваш диплом... Он выжил Кратена – тот должен был отправить раненых и вернуться назад, а его все нет… Завтра и вы отсюда уедете.

- Авиценна? Это замечательно… - сонно улыбалась я, - восточная медицина всегда была на шаг впереди от европейской.

Там хотя бы имели представление о гигиене и санитарии. Споемся… с вашим лекарем, не переживайте.

- Вы почти спите, мадам… - расстроено отметил он, - сейчас мы едем к домику… Я думаю, вам не до еды и не до помывки тоже – отсыпайтесь. Спите завтра, сколько хотите, Дешама я предупрежу. И оставлю часового у двери, - хмурил он брови.

- Ну да… хотя часовой, наверное – слишком, - сомневалась я, предвкушая сон и покой. Дешам этот, похоже, умница, а Гаррель в меня не верит и совершенно напрасно…

- Закроетесь крепко изнутри.

- Да, сержант… само собой. Да.

Мы проехали еще между палаток, куда-то свернули, потом еще раз… В конце концов, возле небольшого (настоящего, но совсем крохотного, в одну комнату) домика, мужчины высадили меня и сняли с телеги мои вещи. Внутри было почти темно, да я особо и не осматривалась, уже увидев то, в чем нуждалась больше всего - кровать.

- Не расстилайте, - зажато как-то посоветовал Гаррель, - кто тут только не валялся.