Путь мира

Цепи звякнули, и один из наручников, как бы напоминая о своем присутствии, больно впился в запястье.

Где-то за дверью послышался шум шагов.

«За мной» – подумал Эмиль и сел.

Настроение у него было не ахти, да и какое может быть настроение у человека, конечности которого стиснуты тяжким металлом, и который промерз до костей, пролежав несколько часов на твердых камнях без всякой даже самой тонкой подстилки.

Дверь со скрежетом отворилась, и землянина на минуту ослепил яркий фонарь.

Впрочем, глаза его быстро привыкли, и он увидел четырех солдат, двое из которых были ему знакомы.

– Вас, Ваше Высочество, желает видеть Ее Величество, – сказал один из солдат, и Эмиль заметил, что он даже чуть склонил голову то ли по старой памяти, то ли от укоренившейся с детства привычки почитания особ венценосного рода.

Солдаты терпеливо ждали, пока он поднимался с пола, и корректно обступив с четырех сторон, повели из подземелья.

– А они – неплохие ребята, – подумал землянин, когда двое крайних конвоиров, бережно подхватили его под локти, когда он споткнулся на одной из крутых ступенек.

Великая Герцогиня ждала его в одной из комнат, окна которой выходили во внутренний дворик. Она была в ярко – красном удлинненом платье и колье из крупных рубинов в золотой оправе. В ее высокую прическу была вплетена золотая веточка с одной рубиновой ягодкой.

– Доброе утро, Ваше Величество, здравствуй, дорогая моя Флорена.

Ты сегодня прекрасно выглядишь. Этот наряд тебе очень к лицу. – сказал Эмиль и бесцеремонно уселся в кресло напротив, звякнув цепями.

– Чего не скажешь о вас, Ваше Высочество, – Герцогиня скривила губы.

– Честно говоря, я бы тоже с удовольствием умылся и переоделся, – Эмиль обезоруживающе смущенно улыбнулся. – Но ты сама понимаешь, что…

– Я не об этом, – Герцогиня встала и, обойдя кресло, в котором он устроился, брезгливо дотронулась до его истрепанной всеми ветрами куртки из грубого дешевого сукна, той самой, которую дала хозяйка Марринг взамен его совсем никуда не годной, изорванной в клочья во время путешествия по горной речке.

 – Какой кошмар! И ты – благородный принц, человек от рождения избранный для того, чтобы повелевать, чтобы под одним твоим взглядом простолюдины падали ниц, ты… Какой позор! Какое унижение! – Она чуть не захлебнулась от перехватившего дыхание негодования.