Дело земли

Когда перед глазами немножко рассеялось, он увидел проломленную в перегородке дыру, а за ней еще одну. Это я. Это мной. Хорошо, что покои вокруг государевых были загодя освобождены — не зашиб никого…

Но, боюсь, что зря мы позволили Райко идти на этот пир. Будь государем другой человек, он бы обрадовался, что призрака можно ранить, и понял бы, что тот не рискует поднять руку на Сына Неба. Но Рэйдзэй…

* * *

Так говорят: сперва человек пьет сакэ, потом сакэ пьет сакэ, потом сакэ пьет человека…

С самого начала все это напоминало скверный сон, когда руки и ноги двигаются сами по себе, губы шевелятся и говорят какие-то слова, а сердце ничего не может поделать со всем этим, только стынет в ужасе: это я? Это все я говорю и делаю?

Ну, если не с самого начала — так с той минуты, когда на пиру появилась «птичья стая», и Райко увидел, какими глазами отец смотрит на Тидори.

Они оба напились слишком рано: отец — на радостях, Райко — от боли в ноге.

Так было легче держаться. Впрочем, он остановился на стадии «человек пьет сакэ» — а вот юный Фудзивара Тихару прошел весь путь до конца, и развезло его так, что Мидзукоидори была нужна теперь только для опоры.

Юный Тихару напился столь безобразно, во-первых, оттого что совсем недавно узнал вкус сакэ, а во-вторых, оттого что господин Тада-Мандзю под предлогом примирения все угощал и угощал его.

Хотя Тихару и носил фамилию Фудзивара, он не принадлежал к числу потомков Великого Министра Мотоцунэ, а стало быть — не мог рассчитывать на высокие посты при дворе.

Покойный отец его, Фудзивара Хидэсато, был воином и боевым товарищем деда Райко. Размолвка между Тихару и господином Тада-Мандзю вышла из-за должности главы Палаты Умиротворения. Должность эту передавали, как водится, по наследству — а поскольку она требовала человека военного, то передавали в воинской ветви рода Фудзивара. Однако так случилось, что старик Хидэсато умер раньше, чем его сын вошел в возраст. Господин Тада-Мандзю, доселе занимавший только малопочтенные губернаторские должности, ухватился за эту возможность, и хотел выхлопотать должность себе.

Много денег перешло из рукава в рукав, но цели своей господин Минамото-но Мицунака добился лишь наполовину: Татибана Сигэнобу назначил его временно замещающим пост начальника Палаты Умиротворения — до того, как в возраст войдет Тихару.