Дело земли

— Вот, — сказал он, сунув Райко сложенный бумажный лист, и удрал быстрее, чем Райко успел развернуть письмо.

«С большим сожалением извещаю, что неотложные дела вынуждают меня покинуть ваш гостеприимный дом и отправиться во дворец, — было написано на плотном листе бумаги "митиноку" твердой рукой господина Хиромасы, китайскими знаками. — Прошу вас при первой же возможности прибыть в Дайдайри и обратиться к капитану Правой Внешней стражи господину Тайра-но Корэнака. Он проведет вас туда, где мы сможем поговорить без помех».

Райко вздохнул, оперся носком о подставленное колено Цуны и вскочил в седло.

— Едем во дворец, — сказал он.

…В покоях Господина Осени, казалось, ничего не сдвинулось с места. И сам господин Минамото-но Хиромаса совершенно не изменился. Но там, где раньше в воздухе будто висел полупрозрачный утренний туман, сегодня четко видны были все углы и грани — как зимним утром на севере или в горах.

— Неприятные слухи ходят по дворцу, — сказал господин Хиромаса, на сей раз без всяких долгих разговоров о наступившей весне, цветущих сливах и благородных предках.

— С минуты на минуту вас изволят вызвать в караульную Левой гвардии. Господин Левый Министр и господин Министр Обрядов и церемоний, принц Тамэхира, выскажут неудовольствие вашими действиями. Не удивляйтесь и не огорчайтесь — так надобно сделать, дабы отвести обвинение в заговоре от себя.

— В заговоре, господин Минамото?

— Ваш отец выбрал сторону и намерен поддержать фамилию Гэн — вот о чем ныне во дворце говорят, и очень громко.

Что интересней всего, говорить начали этой ночью.

— Если я покину столицу, — сказал Райко, — все подумают, что я отправился за войсками к отцу. Если я не покину столицу — мы упустим негодяев и проспим настоящий заговор. Тюнагон Канэиэ сегодня прямо объявил, что не желает меня поддержать. Господин Минамото, не прикажете ли подать бумагу и кисть?

Хиромаса кивнул.

— Я думаю, что вы правы — если я правильно вас понимаю.

Слуга принес кисть, бумагу и тушечницу с уже растертой тушью. Райко прикрыл глаза, сделал несколько вдохов и выдохов, нанизывая мысли — и твердым почерком, китайскими знаками вывел:

«Господину левому Министру,

7-й день 1-й луны 2-го года правления Анва.

Минамото-но Ёримицу, чиновник шестого ранга, начальник городской стражи в Столице Мира и Покоя, почтительно обращается к вашему высокопревосходительству.