Кузнец

Дорожка мимо чеснока была протоптана. Потому до обоза добежали быстро. Минут за пятнадцать, наверное. Сбили совсем слабый заслон из богдойских воинов. Обозники даже не пытались сделать вид, что сопротивляются. Большая часть припустилась за отступающей армией, человек двадцать упало на колени и склонило головы, дескать, сдаемся.

Часть отступающих попыталась вернуться, начали поворачивать коней, выпустили в нашу сторону стрелы. Грохнуло несколько пищальных выстрелов. Мой сосед, невысокий рыжий казак Семен, как будто неожиданно споткнулся.

Вот гады. Наши подняли щиты, выставили пищали. Два залпа, следующих один за другим, убедили богдойцев, что разумнее направиться в прежнем направлении. Гоу, как говорится, хоум. Хоть и не янки.

Через совсем небольшое время, от карательного корпуса и следа не осталось. То есть, следов, как раз, было множество, а вот следящие неслись обратно, к «ивовому палисаду». Мы же без торопячки, разгребая на этот раз чеснок, все же телеги тащить, пошли в крепость.

Скоро подтянулись и казаки из засадного отряда. Пока располагались, мылись, перевязывались, мы с Трофимом и Макаром считали выгоды и потери. Богдойцы потеряли едва не четверть войска, обоз. Думаю, что живым этого юношу из столицы оставят едва ли. Все же имперцы очень не любят проигравших. У нас тоже потери, хотя намного меньшие. Погибло девять казаков. У троих из них остались жены и дети. Восемнадцать человек ранено. Но тяжелых нет. Должны поправиться.

Обоз захватили мы знатный.

Правда, пороху было максимум пуда три в деревянных бочонках. Я думал, что должно быть больше, но всякое даяние – благо. Зато целых пятнадцать бронзовых пушечек. Пушки – дрянь. Но бронза – это вещь. Плавится легко, обрабатывается еще проще. На мое удивление в обозе оказалось много ценных вещей. Были шелковые ткани, был чай, были специи. Они что, торговать собирались? А, может быть, себя любимых побаловать? Было там и изрядно золота и серебра в кованном сундуке. Думаю, походная казна. Сколько там в рублях и копейках, не скажу. Монеты покрупнее московских. Но уже глазами видно, что много. Честно сказать, побольше, чем у меня в войсковой казне заныкано. Причем, четверть всего металла – золото. С ним у меня и вовсе грустно. Золото в те годы в качестве денег на Руси и не использовалось. Разве для торговли с иностранцами. Золотыми рублями награждали, как медалями. А для торговли использовали серебро и медь. Но золото тоже лишним не будет.