Кузнец

В государевой казне за один золотой рубль дают десять серебряных.

Так, монеты забираем, порох забираем. Остальное – дуваним по правилам. Атаману, мне, - десятая часть. Остальное делим на доли. Десятникам – две доли, сотникам – четыре. Дуванили дня два. Я старался, чтобы никто обиженным не ушел. Не скажу, что все получилось. Поорали и потолкались казаки от души. Но до потасовок и больших обид не дошло. Из своей казны я выдал по полтине серебра каждому бойцу. Пока спорили про хабар, гонец на лодке плыл по уже не частой шуге, за время сидения лед прошел, к Благовещенской крепости.

Теперь пешим ходом Амур не пересечешь. Нас, считай, четыре сотни, обоз, лошади. Их тоже бросать жалко. На них не только в поход, на них и пахать можно.

Не прошло и недели, как к крепости пристал караван стругов. Долго грузились, перегружались. Один чуть от жадности не утопили. Вовремя Макар хватился, что струг чуть не по борта в воду ушел. Только барахлом богдойским загрузили четыре струга. На один загнали пленных. Тоже пополнят когорту работников ЖКХ.

Сами набились в оставшиеся, как сельди в бочки. В крепости остались полсотни казаков и две пушки. Задержать врага и отправить гонца их сил хватит. Да и не думал я, что в ближайшие пару лет сюда кто-то сунется.

Шли не долго, но трудно. Тесно, скучено. На ночевках, на которые подплывали к берегу, хоть немного получалось размять кости. Готовили еду на костре. Ночами думал. Мое послезнание начинает ощутимо слабеть. Хотя по срокам осада Кумарского острога почти совпала с прежней историей, но прошла она совсем не так.

Ну, насколько я помню по описаниям. А вдруг Шархода решит заявиться пораньше или позже? Тут надо как-то хитро сыграть. Подумаем.

Все хорошее, как и все плохое когда-нибудь кончается. Кончилось и это плавание. И если саму дорогу можно смело отнести в категорию «плохое», то встреча сюда никак не вписывается. На пристань вывалило едва не полгорода, с колокольни лился звон недавно привезенного и установленного колокола. Впереди стоял о Фома в праздничном облачении.

Рядом с ним и мои ближние люди, и никанец Гришка, и даурский князь Туранчи с родней, сотни родных и близких людей.

Еще бы, страшные богдойцы были не просто остановлены, а разбиты. Страх оказался не страшным. У людей был праздник, торжественный молебен не вместил и десятой части желающих. Люди толпились на площади перед церковью. Все же она маленькая. Нужно больше строить. Да и в Албазине нужна церковь. Проблема, однако. Подумаю. Но только потом.