Хроники вечной жизни. Иезуит

25

Часть IV

ЮЛА АМАУТА

Бразилия, XVII век

Океан Иштван пересекал впервые. Впрочем, внешне он не мог найти отличий от Средиземного моря, по которому сто лет назад плавал на "Морской звезде". Та же безбрежная водная гладь, смыкающаяся на горизонте с небом, те же волны с веселыми пенистыми барашками и легкий бриз.

Прислушиваясь к скрипу мачт и хлопанью парусов на ветру, Иштван вспоминал годы, проведенные на "Морской звезде", смелую и любящую Бланку, приключения в Танжере, нападение пиратов. Почему судьба отнимает у него всех, кого он любит?

Священник стоял у борта брига, облизывая соленые от морских брызг губы, и размышлял, размышлял, размышлял.

.. После убийства Кальво у него не было времени осмыслить случившееся, но сейчас, в пути, боль от потери сына вернулась с новой силой. "Бедный мой Марио! Страшно подумать, что они с тобой сделали!" Посещали Иштвана и другие мысли: "Ни один из моих детей не дожил до двадцати лет. Что это, расплата за дар бессмертия? Может, мне и в самом деле нельзя жениться?"

В целом путешествие оказалось безопасным и довольно приятным.

"Блаженный Амадей" сделал две остановки: на островах Мадейра и Сантьягу[i], а затем взял курс на юго-запад. По вечерам Иштван и еще несколько человек обедали с капитаном "Амадея", доном Берсальо, в кают-компании. За болтовней, кружкой вина и картами время летело незаметно.

Небо было чистым, ветер – попутным, и пятью неделями позже вдали показалась суша и устье Амазонки, на берегу которой возвышались каменные стены форта Рождества Христова.

Оттуда почему-то доносился громкий гул.

Судно легло в дрейф. Иштван, которому не терпелось увидеть Новый Свет, с удивлением спросил капитана:

– Почему мы не подходим к берегу, дон Берсальо?

– Поророка, святой отец, – усмехнулся тот и, заметив недоумение на лице Иштвана, пояснил: – Так это называют местные. Приливные волны сталкиваются со встречным течением реки и образуются буруны, способные любой корабль разнести в щепки. Подождем отлива.

Дон Берсальо протянул священнику раздвижную трубу.

– Взгляните.

Иштван посмотрел и ужаснулся. Над невероятно широким устьем огромной аркой висели столбы водяной пыли, а под ними то и дело возникали высокие пенистые буруны, с грохотом разбивающиеся о берег.

– Так вот откуда этот странный гул!

Капитан с улыбкой кивнул и удалился, а Иштван остался на палубе, с удивлением наблюдая за невиданным зрелищем.

Через несколько часов "Блаженный Амадей" пришвартовался у форта Рождества Христова.