Путь Пастуха

— Всецело полагаюсь на твою мудрость, — ответила Шадая, улыбнувшись. — Но угощайся, прошу тебя. И расскажи мне побольше о великом царе Шаррукине...

...Выйдя из дворца под вечер, он мысленно позвал Эа-насира и велел ему, взяв несколько верных людей, быть при царице. Пока в городе было спокойно, но напряжение сгущалось — Бхулак ощущал это почти физически, словно невыносимую тяжесть перед великой грозой. Душу его точило и нечто иное — какая-то подспудная тревога, словно он упустил что-то очень важное, но, перебирая свои действия за последнее время, раз от раза убеждался, что всё делал правильно.

Он шагал по широкой улице, примыкающей к городской стене, выложенной из прямоугольных камней, скрепленных зеленой глиной. Слева тянулись ряды каменных домов. Ему надо было попасть на рынок, к своим людям, поэтому он свернул в узкий переулок, ведущий в нужную сторону. И сразу понял, что зря это сделал: путь ему перегородили выступившие из сумрака две тёмные фигуры.

То, что это не какие-то случайные грабители, сомнений не было.

И, скорее всего, их больше двух, только других пока не видно. Нащупывая под одеждой бронзовый кинжал, он быстро и решительно пошёл навстречу врагам. В их руках тоже блеснуло оружие. Оба были ниже Бхулака, но коренасты и явно не слабаки. Лица скрывались под плотными капюшонами с полотняными масками.

Один взмахнул рукой, и в голову Бхулака полетел топорик. Тот уклонился, топорик со звоном отскочил он каменной стены и упал на землю, а Бхулак мгновенно оказался рядом с противником и, ткнув кинжалом, ощутил лезвием упругое тело.

Нападавший отшатнулся, но второй обрушил на плечо Бхулака короткую тяжёлую палицу. Рука сразу занемела, Бхулак наудачу отмахнулся своим оружием, не попал и попятился к стене. Ощутив за спиной крепкую деревянную дверь, он перехватил кинжал в левую руку и что есть силы ударил вновь поднявшего булаву противника. На сей раз выпад был точен — клинок по рукоять погрузился в живот врага, тот, булькнув, согнулся пополам.

Но второй убийца уже пришёл в себя, и, подобрав топорик, атаковал вновь.

Бхулак уворачивался, ожидая возможности перейти в атаку, но тут почувствовал, что дверь за его спиной открывается. Не успев ничего сообразить, он ощутил страшный удар под лопатку.

Боли не было, но дыхание перехватило, перед глазами поплыло, кинжал в руках мгновенно словно бы стал во много раз тяжелее, его невозможно было поднять. А противник перед ним уже заносил топор для последнего удара.