Сабуро́. Книга 1. Внук своего деда

Подойдя поближе, тот доложил:

— Всё готово, господин! Владельцы — пожилая супружеская пара. Судя по всему, люди достойные. Сейчас нас накормят. Тем временем приготовят комнаты. В гостинице ещё несколько человек, но они вот-вот съедут.

Князь неторопливо слез с коня. Годзаэмон помог спешиться мне. Появившиеся словно ниоткуда слуги подхватили наши дорожные мешки. Не успел я и глазом моргнуть, как они скрылись в боковой калитке.

— Добро пожаловать, дорогие гости! — раздалось из ворот. Вот и хозяева. Крепкий ещё, но совершенно лысый старик с худенькой и весьма бодрой на вид старушкой.

Она, в отличие от мужа, обладала прекрасными густыми волосами, едва тронутыми сединой. Несколько раз низко поклонившись, они повели нас в глубину усадьбы. Хозяин на ходу расхваливал своё заведение:

— Чувствуйте себя как дома, Ваша милость! Лучшие комнаты в вашем распоряжении. Отдохните с дороги! Повара уже готовят обед. Овощи прямо с грядки! Тофу[9] делаем сами, его у нас даже из города заказывают! Если желаете скоромного, есть рыба речная.

Птицу не держим, уж не обессудьте… Комнаты чистые, насекомых нет, одеяла новёхонькие. Это коли заночевать решите…

Старик шёл первым, за ним шагал князь, затем мы с Годзаэмоном. Остальную свиту хозяйка увела в сторону приземистого дома, стоящего отдельно от остальных строений.

— А может быть, перед трапезой онсэн посетить изволите? Вода наша на всю округу славится!

Услышав эти слова, князь оживился:

— А что, велик ли ваш онсэн? Пожалуй, и вправду стоит искупаться.

Говорят, чистое тело и пищу лучше принимает!

— Онсэн приличный, а Вашей милости и отдельное офуро предоставим!

— Отлично! Считайте, уговорили. Люди же мои и общим залом не побрезгуют. Не так ли, Годзаэмон?

— Воистину так, господин! В дороге каждый вспотел и запылился.. Сейчас и пруду с лягушками обрадуешься. А тут настоящий онсэн!

Тем временем мы вошли в большой дом, видимо, здесь под одной крышей находились и гостиница, и баня. Радушно улыбающийся хозяин провёл нас ко входу в онсэн, о чём гласила надпись на двойной занавеске, и ещё раз низко поклонился:

— Пожалуйте сюда!

***

Его Милость провели в отдельное помещение, а мы остались в предбаннике.

Годзаэмон принялся раздеваться. Я, впервые оказавшись в подобном месте, решил просто повторять всё, что делал писарь-казначей.

Скинув одежду, мы сложили её в свободные ящички — они почти целиком занимали боковую стену. Каждый закрывался на маленький ключ, к которому была привязана верёвочная петля.