Сабуро́. Книга 1. Внук своего деда

Также следуют в Осаку. По неотложному делу.

Из-за спины представителя власти показались обладатели необычных имён. Вблизи они оказались похожи друг на друга как две капли воды. Первый раз в жизни вижу близнецов! Что ж, имена самые что ни на есть подходящие: Ноги Левый и Ноги Правый.[5] Два сапога — пара!

Взгляд поневоле скользнул вниз: оба ронина были обуты в короткие кожаные сапоги! Штаны похожие на шаровары, ловко заправлены внутрь, прямо как у наших казаков. Здесь эта обувь выглядела вызывающе.

Ещё более самоуверенными были лица братьев. Вдобавок ко всему, оба носили усы, придававшие их обладателям совсем уж воинственный вид...

Я покосился на Годзаэмона. Тот тоже не мог оторвать глаз от новых, явно не японских сапог. Ещё ни разу сэнсэй не выглядел столь напряжённым. Наконец он поднял голову, вздохнул и спокойно произнёс:

— Что ж, господа Ноги, имя вы слышали. Ватанабэ Годзаэмон. Моего юного спутника зовут Такэути Сабуро. Обращайтесь, коли возникнет необходимость! Надеюсь, ничто не омрачит предстоящее нам всем путешествие!

***

Наконец, паруса были подняты.

Господин Маруяма распорядился выбрать якорь, и «Нэко-мару» начал медленно отходить от причала. Оказалось, что Колобок лично даёт указания морякам. Получается, он здесь, как сказал бы Тамаси, за капитана. А у руля стоял тот самый пожилой дядька, что отвёл на корабль нашего Уголька. Коню нашлось место на самом носу. Моряки сколотили из досок настоящее стойло, и сейчас он спокойно хрустел там своим овсом, изредка поглядывая на удаляющийся берег.

Постояв немного на палубе, мы с сэнсэем расстались, договорившись встретиться вновь после обеда: его должны были подать прямо в каюты. Годзаэмон пошёл к себе, а я решил задержаться, беспокоясь о том, куда подевался Тамаси.

Внимательно посмотрел вокруг: на корме рулевой, рядом с ним Колобок, четверо матросов возятся со стоящими на палубе ящиками, ещё столько же заканчивают крепить парус. Уголёк в стойле, больше никого не видать.

Весь корабль в длину саженей двенадцать, в ширину около четырёх. Где же Тамаси?

Неожиданно прямо надо мной раздался резкий крик чайки. Я запрокинул голову, чтобы получше рассмотреть пролетающую птицу, но она уже скрылась из виду. Зато на самом верху, на длинном брусе, к которому крепится парус, я заметил кота.

Рыжий Тора лежал на брюхе, обхватив перекладину (кажется, Тамаси говорил, что она называется реем) всеми четырьмя лапами.