Удар в спину

Человек, который перевернул Занада на спину, улыбнулся и принялся шевелить губами.

- Да что ты шепчешь? – фыркнул командир центрального отряда армии. – Говори громче, мне что-то в ухо попало.

Для наглядности он коснулся правого уха, и под рукой почувствовал что-то липкое. Пальцы были в крови, натёкшей из уха. То же самое повторилось, когда он потрогал левое ухо. Что-то беззвучно крикнул брат Императора, и двое воинов, подхватив Занада под руки, поволокли его к подведённому откуда-то коню. Оглянувшись на холмик, Яллу увидел на его вершине огромную дымящуюся яму, вокруг которой валялись клочья мяса, иногда с остатками тряпок на них.

В отличие от имперцев, будущее поле боя командиры геммской армии знали превосходно. И готовились к битве уже больше недели. Поэтому, когда Трор повёл своих командиров на единственный удобный для этого холмик, за ним тоже наблюдало множество глаз. И невооружённых, и тех, чьи взгляды приблизили зрительные трубы.

Совершенно неожиданно для всех один из сопровождающих Трора, скучающе вертевший головой, указал командиру армии врага на что-то, замеченное в траве.

Конь Трора рванулся вниз по склону, успев увлечь за собой пять или шесть конников. И тут клуб дыма, сквозь который было видно пламя вспышки, окутал вершину холма. До лагеря геммцев донеслась дрожь земли, а спустя несколько секунд – сильный грохот.

Когда развеялся дым и осела пыль, на вершине горки вместо стоящих полусотни всадников зияла яма, десятка два человек волочили на себе воины, ещё четыре или пять уносили ноги верхом на конях.

- Что это было? – потрясённо спросил Расс.

Герцога Рантона мучал тот же вопрос, но он считал приставать к королю с расспросами ниже своего достоинства.

- Двести килограммов того зелья, что мы заряжаем в пушки. Хельг, кто это был? Он заслуживает награждения орденом Карины!

- Тынис, - немедленно сообщил командир Чёрных.

- Что? Я же запретил сотникам Чёрных самим исполнять подобные задания.

- Я знаю, Ваше Величество. Но он сказал, что лучше сам пойдёт на смерть, чем пошлёт на неё кого-то из своих людей.

- Если остался жив, то я на год перевожу его в десятники. Орден он заслужил и получит, но от командования сотней я его отстраняю!

Звон в ушах не проходил, но слух начал возвращаться уже к вечеру. Правда, что ему, что Трору приходилось орать на ухо, чтобы они могли расслышать. Кое-кто из воинов, оказавшихся неподалёку от холма в оцеплении, тоже жаловались на ухудшение слуха.