Быть тварью

Это нечаянно развеселило Джайю: «Все пусть едут в Козью Морду, а я поеду в 18. Почему нет? Послезавтра мне исполнится восемнадцать, и я приеду в 18!».

Она подошла к единственной работающей кассе и стукнула ногтем по стеклянному окошечку. Кассир отложил газету и открыл окошко.

— Сколько будет стоить билет третьего класса до станции 18? Это за Аштангхом. Экспресс на Аштангх идет через два часа, я не ошибаюсь?

— Через два, — ответил кассир, — не ошибаетесь. А билет вы собираетесь для себя брать? Или для родственника какого?

— А вам какое дело? — спокойно спросила Джайя.

— А такое, что на этот поезд билетов третьего класса женщинам не продают. Женщинам предписано ездить только во втором и первом классе. В вагон третьего класса вас просто не пустят.

— Почему?

— Ну хотя бы потому, что вам не захочется, наверное, оказаться единственной женщиной в вагоне, где едут полторы сотни мужчин. А других вагонов третьего класса на Аштангх нет. Да и то сказать, в те края едет так мало женщин, что для них особый вагон нет смысла пускать.

Так что готовьте денежки, — кассир назвал сумму. — Это аккурат второй класс до вашего Аштангха. А дальше регулярного движения пока нет, так что спрашивайте в Аштангхе, как вам двигаться дальше.

— Вот как... — проговорила Джайя, быстро пытаясь сообразить. Денег оставалось совсем мало, и из-за проезда во втором классе они закончатся еще быстрее. Но Новые Провинции... страна без Драконов... ох, как заманчиво! — Хорошо, давайте билет второго класса, — она отсчитала деньги.

Получив билет, она с удивлением увидела добавленную книжечку — простой сложенный вдвое кусочек картона с картинкой идущего на всех парах поезда и с кармашком внутри, куда были вставлены талончики: «Завтрак», «Обед», «Дневной чай».

— Вы не сказали, что билет с учетом платы за питание! — сказала Джайя строго. — Я, возможно, предпочла бы сэкономить.

— Пассажиры второго класса, — ехидно сказал ей кассир, — едят как приличные люди.

— И захлопнул окошко.

Ну что ж! Джайя пошла в зал ожидания и отыскала дверь буфета, но она была закрыта. Да и для кого, собственно? Джайя была одна в этом зале, освещенном лишь парой ламп. Холод здесь стоял такой же, как на улице, и оставаться до подхода поезда здесь не стоило — она и так намерзлась в дилижансе, а тут даже соломы на полу не было, чтобы греть ноги. Так что пришлось обойти весь вокзал, пока она не заметила свет в телеграфной конторе.