Тракт. Дивье дитя

– Вы ведь и раньше работали вместе с… э-э… с прочими – и ничего…

     - Мне бесей видеть неохота, - отрезал Тит. – Ты нам, Антон Поликарпыч, пятерку должен.

     - Хорошо, - бросил управляющий со злобой. – С тобой расплатятся. А денежную работу ты потеряешь.

     - Душу сберегу – и то будет ладно. Что встал, Лешка?

     - Завтра же сюда позовем отца Василия, - сдался Федор. У упрямого сектанта был такой убежденный вид, что мужики слушали уж слишком внимательно.

     - Потеха, братка! – хихикнул Лешка. – Час-то от часу не легче! Бесей-то им, чай, мало, так они антихристова слугу скличут! 

     Мирские глухо заворчали, зато еще пара староверов отделилась от толпы и направилась прочь.

     - Не сметь так говорить! – рявкнул управляющий, багровея. – Молчать!

     - Чего-й-то ты раскипятился, не самовар, чай? – ехидно спросил Лешка.

     - Ах ты…

     - Ты, Антон Поликарпыч, его не трог, - холодно бросил Тит. – Он дело бает. Нечего нам тута делать. Вон тут греха-то сколько – все округ беси, будто мухи, засидели. Лешка, пошли, говорю. Будет языком-то чесать. А за пятеркой-то я зайду, Антон Поликарпыч.

     И оба удалились, исполненные собственного достоинства. Федор наблюдал за ними в тихом бешенстве. Он мог сколько угодно ненавидеть сектантов за выходки, вроде этой – но это не мешало им быть лучшими, самыми трезвыми и старательными работниками.

     Федор оглядел толпу сузившимися глазами. Мужики съежились под его взглядом.

     - Струсили? – спросил Федор презрительно. – Собственной тени боитесь? В бабьи сказки верите? Ну-ну, убирайтесь. Посмотрим, что скажете, когда подать платить нечем будет. Думаете, от леших бежите, дурачье? Да вы от собственных денег бежите.

     Мужики молчали.

     - Ну, что встали? – крикнул Федор. 

     - Ваше степенство… Федор Карпыч… - пробормотал Иванка, маленький курносый мужичок с реденькой бесцветной бородкой и таким же реденьким бесцветным чубчиком.