Круг Земной

Тот выдернул руку, но послушно поплёлся к дверям, останавливаясь через шаг, потрясая клюкой и одышливо зудя:

- …изыди, злой дух, приговоренный к вечному мучению; изыди, грязный обольститель и пьяница; изыди, корень всех зол и преступлений; изыди, изверг рода человеческого; изыди, злой насмешник, полный лживости и возмущения; изыди, враг правды и жизни; изыди, источник несчастий и раздоров; изыди, ядовитый скорпион, дракон, полный злых козней; изыди, лакей Вила, привратник царства мучений; изыди, лжец коварный, поганый, зачумленный…

Баронесса проводила Хорхе взглядом, едва заметно покачав головой.

- Почтенный Бревальд?..

- Такого не случалось уж много зим! – тут же откликнулся старик с цепью на шее. – Моё слово – нет! Мы должны оберегать свою паству!

- Почтенный Титла?

Дородный мужчина с красным лицом поклонился. Он единственный из уитанов был не в рясе. Тучное тело едва не внатяжку обтягивал кожаный камзол, зашнурованный по бокам. На роскошном поясе висел кинжал в богато разукрашенных ножнах.

- На моей памяти из Топи ни разу никто не появлялся с добрыми намерениями, - прогудел он.

– Но этот… - он небрежно мотнул головой в сторону Родрика, - не похож на тех, кого я видел. 

Он подошёл к Родрику, тяжело дыша и тряся пивным животом. Титла был его выше на полголовы, с тёмными глазами, в которых не было ни грана страха. С крючковатым носом и причёской, которая в других обстоятельствах Родрика бы позабавила: было похоже, что на его голову надели маленький горшок, а потом отстригли всё, что торчало снаружи.

Черты его лица, однако, были таковы, что смеяться хотелось меньше всего. На шее уитана болталась толстенная, в три пальца, золотая цепь. Титла склонил голову, сверля взглядом.

- Я бы… понаблюдал, - закончил он. - В конце концов, ни одна тварь из мяса и костей не устоит перед добрым топором.

Баронесса кинула.

- Почтенный Сигерд?

Только сейчас Родрик заметил того монаха. Он стоял возле одного из столбов, наполовину в тени. Сигерд вышел на середину залы, а за ним, будто собачонка на привязи – Эирлис.

Волосы у неё были растрёпаны. 

- Как известно, - негромко произнёс монах, - порождениям Вила неведома истина, ибо сама их суть неистинна. Белое они всегда назовут чёрным.

Стоявший в двух шагах почтенный Бревальд усмехнулся.

- Как можем мы определить, лжёт ли этот… пришелец?

Вместо ответа Сигерд повернулся к Родрику.

- Скажи, незнакомец. И скажи так, чтобы мы тебе поверили.

Родрик, лихорадочно соображая, набрал в грудь воздуха.