Я не местный. Книга первая. Плач младенца

Не последнее дело в нынешней современности, белку там подстрелить, или силки на зайца поставить, навык нужно иметь, да повадки звериные знать. Вот Митрич, как настоящий дядька наставник, мне все доступно показывал и объяснял, научал, одним словом. 

А по возвращению из леса ближе к вечеру я и слег. Поднялась температура, появился жар, и я выпал в осадок, то есть потерял сознание. Дальнейшее практически уже ничего не помню. Очнулся уже в монастыре, оказалось, что почти неделю был в без сознании.

 

В монастырь меня батюшка с матушкой привезли в бреду и в сильной горячке. И всю неделю от меня не отходили, пока не пришёл в себя и стало ясно, что дите начинает выздоравливать, только тогда они успокоились. 

Боярин Михаил ускакал снова в Москву, прибыл гонец. А матушка, на короткий срок отъехала в усадьбу, а затем еще несколько недель жила в монастыре, пока окончательно не пошел на поправку. А затем каждый месяц на неделю другую приезжала и жила в монастыре, а что бы сыночку не было скучно привозила с собой Анютку.

Но с собой в усадьбу не забирала, предполагаю специально, что бы дитятку не трогали и не мучали, а дали бы ему спокойно поправится.

После, того, когда уже приходил в себя, думая, что же со мной такое приключилась, достаточно четко осознал, что нельзя пытаться сознательно разгонять рост организма, рано или поздно он даст сбой, всему свое время. И простая простуда, как сказали бы в том моем времени простое ОРЗ, у меня здесь вылилась в тяжелейшую болезнь, из которой еле выкарабкался.

 

Благо что при монастыре приживалась бабушка Лукерья местное медицинское светило, травница и врачевательница. Вот она то, и поставила меня на ноги. Я к ней даже привязался, добрая она была, но строгая одновременно. Было в ней что-то от ведуньи, но не промышляла она никакой магией ни черной не белой, ни каких иных расцветок. Иначе бы не прижилась она в монастыре, но и не была не послушницей монастырской, и тем более постриг монашеский не принимала.

Хотя от служб церковных не уклонялась и на исповедь с причастием ходила. В этом отношении времена нынешние строгие. 

Меня после болезни, и то каждую неделю причащали, правда без исповеди, до семи лет вроде, как и не к чему, чем может дите нагрешить, разве что непослушанием взрослым, так здесь это мигом исправлялось. Увещевать долго никто не будет, крапивой по заднице нахлещут враз послушание и придет.