Полнолуние

Их костяк составляли ушедшие из армии ветераны или разорившиеся мелкопоместные лорды, решившие поправить, таким образом, свои дела, а основная масса этих шаек была из дезертиров, беглых крестьян и всякого сброда, способного на всё ради звонкой монеты. Живя в Храме, Бернард никогда не видел их, но много слышал от пилигримов, что ходили, проповедуя заветы Ария из города в город. Их отличительным знаком были заплетённые в одну или несколько кос длинные бороды и собранные на темени в пучок волосы, проткнутые у черепа деревянной стрелой.

Вожак выехавших из леса головорезов не носил бороды, но стрела в его чёрных с проседью волосах была серебряной, что говорило о статусе командира и, подъехав к стоящим у хижины молодым людям, он произнёс с заметным акцентом: – Разве не следует отшельнику думать об укрощении своих страстей? 

 – Даже если бы это был мой ребёнок, то вас он никак не касается, – ответил Бернард, краснея от слов незнакомца и осознания того, что охотники за наградой выследили Сандру, придя по его следам.

 

 – Поступай, как знаешь, это твоё дело, – примирительно заметил всадник. – Мы здесь за девчонкой.

 – Она моя гостья и останется столько, сколько захочет, – возразил жрец, на что мужчина спросил насмешливо: – Да что ты? И как же воспрепятствуешь мне? Разверзнешь землю или испепелишь молнией?

 – Я, я прокляну вас всех! И вас и весь ваш род до седьмого колена, и не будет на земле места, где укроетесь вы от гнева Господа моего, – запальчиво воскликнул юноша, но грозные слова не произвели впечатления на наёмников.

 – Сколько тебе будет угодно. Я поклоняюсь своим Богам и твои проклятия для меня пустой звук, – ответил обладатель серебряной стрелы, подав знак. Всадник на пегой кобыле подскакал к беглянке, пытаясь схватить за волосы, но та увернулась, и бросилась прочь к спасительному лесу в сотне ярдов от неё. Наёмник хотел было догнать её, но командир маленького отряда, не желая рисковать, стремительно натянув лук, выстрелил в след и стрела с пёстрым оперением, войдя под лопатку, пробила насквозь тело несчастной.

Сандра рухнула на землю, не пробежав и половины, а спешившиеся Вольные Стрелки, схватив обмякшее тело за ноги, потащили к подводе, оставляя на траве кровавый след. Розовощёкое лицо Трувора побледнело, губы мелко тряслись. Он впервые видел убийство и теперь боялся прогневать громил, дабы не разделить участь девчонки.