Полнолуние

 - Вы все можете это? Ну, такие как вы?

 - Нет, дар передаётся из поколения в поколение и никто не знает, кому он достанется. В этот раз, его получил он. Мы считаем это не даром, а проклятием. По крайней мере, я не хотел бы его себе, - пожилой дикарь что-то сказал и говоривший продолжил, сорвав с её уст новый вопрос: - У нас нет имён, мы называем друг друга словами, родственные вашим «мужчина», «женщина», «ребёнок», «старик».

 - Но что плохого в собственном имени? – существо, покончив с трапезой, вытерло о себя жирные руки и ответило, пожав широченными плечами, добавив в конце: - Если честно, я об этом не думал – так заведено издавна.

Наверное, мы не хотим быть похожи на Нижних. Выродков и людей.

    Запах жареной дичи пробудил аппетит, но ей очень хотелось в туалет, к тому же нужно было умыться, и она завертела головой в поисках хоть каких-то удобств: 

 - В углу стоит отхожее ведро, можешь справить нужду туда, а умыться в реке. Кстати, я готовил пищу, так что ты выносишь ведро, заодно сполосни его.

 - Но я ещё ни разу не пользовалась им…, - возмущённо начала девочка, стоя возле, почти полного нечистот большого глиняного таза; видимо гиганты не страдали от вони испражнений и от того не утруждали себя выносить его каждый день. Хотя возможно это была их дневная норма.

 - Ещё сходишь. Сегодня нас обменяют, а сколько пробудишь здесь ты, не ведомо даже старику, - не очень искренне произнёс здоровяк, отведя взгляд – они явно знали об уготовленной ей судьбе.

– За домом найдёшь яму, в которую мы скидывали своё дерьмо, пока ты не появилась. Нижние пытаются выжать по максимуму из этого куска скалы и используют его для удобрений. 

    Ничего не ответив, Сандра вышла на улицу. Жизнь в этом суровом крае не предполагала праздности, поднимаясь с рассветом люди, до вечера занимались делами, которые им поручал Эсквайр. За возвышавшейся над посёлком тюрьмой девочка увидела сбитую из досок компостную яму, в которую узники сбрасывали отходы своей жизнедеятельности.

Когда они перегниют, компост добавят в землю. 

    От арки с воротами, над которыми возвышалась сторожевая башня, город разрезала на двое дорога упиравшаяся в большое деревянное здание, бывшее вероятно по мере надобности и Храмом Солнца и домом Совета Трёх. Кем бы они ни были, Выродки ценили природу и, хотя жили среди каменной пустоши, старались превратить это место в настоящий оазис.