С каждым ударом сердца

Мама расположила свой мольберт среди клумб и что-то пыталась рисовать, наотрез отказываясь показывать наброски. Удалось только выведать, что это портрет. Портрет воображаемого мужчины! Может быть, у мамы что-то наконец может измениться?

Домой она подъезжала уже вечером. Все окна квартиры горели ярким электрическим светом, и она, привычно оставив машину в ряду таких же городских лошадок, направилась в свою квартиру. Окна высокомерно посматривали желтыми глазницами, наблюдали, ждали. Дана даже перед самой собой не призналась бы, что последнее время называла свое прибежище, гнездышко, просто квартирой.

Мебель, шторы, жалюзи, посуда - все стало каким-то чужим, безразличным. А Вадим, он только посмеивался и говорил, что все пройдет, предлагал съездить куда-нибудь. Или слетать. Но сам не мог. И это было невыносимо. Ужасно было дома, ужасно было на работе. Только у мамы было нормально. Но сейчас она возвращалась в свою квартиру, где мужчина почти наверняка придумал нечто, чтобы поднять ее настроение. Как она должна была ко всему этому относиться, если по непонятной причине старание раздражало еще больше?

Ну конечно, Вадик встречал ее прямо на пороге.

О, у него все было замечательно. Квартира сияла чистотой. Нигде ни пылинки.

Да, он красавчик. Неоспоримо. Мужчина, о котором мечтают. Удачливый бизнесмен, который всегда находит время, чтобы сделать что-нибудь приятное, устроить какой-нибудь сюрприз, что-то романтическое. Но откуда же эта тень? Глаза такие красивые, наверно именно они заставили ее когда-то потерять голову.

Но почему сейчас она уже думает об этом в прошедшем времени?

– Как мама?

Вопрос, к которому Дана уже привыкла. Обычная вежливость. Тон его слов всегда менялся, совсем немного. Больше равнодушия. Больше, чем обычно. И сейчас тоже.

Когда-то он даже предлагал устроить выставку маминых работ где-то в центре, в престижном месте. Но Елена даже не обратила на его предложение внимания. Может быть, Вадим обиделся. А может, просто устал? Мужчины устают. Тоже. Только не показывают этого.

Или стараются не показать.

Во всяком случае, что-то в нем было не то, какая-то недосказанность. Последнее время ее очень часто посещала одна мысль: она смотрела на него и чувствовала, физически ощущала отсутствие энергии. Разлюбил? Разлюбил. Может быть, действительно стоило задать ему этот вопрос, но ведь в конце концов это он мужчина. Пускай скажет. А если действительно скажет?

Они посидели за столом, выпили вина. Как-то в этот раз он не угадал.