Первое копьё: Алтарь Убиев

Именно из-за него в зимнее время прекращалась воздушная навигация: волансы остывали слишком быстро, подъемная сила терялась, и даже мощные, на двадцати камнях, военные навигиумы только что не скребли килями землю. Чтобы падение не превратило корабль в груду бревен, в холодное время ходили над водой: тогда, потеряв волатильность, воздушный корабль становился обычным.

Но «Жемчужина Рейна» была легкой абией, «ёлочкой», как нежно называли такие суда. Четыре камня поднимали ее довольно высоко даже при слабом нагреве, а благодаря котлу схему можно было нагреть сильно.

Но на большой высоте холод пробирал особенно жестоко. Военные корабли, несшие по три-пять сотен человек, никогда не поднимались на такую высоту, а от скопления людей холод в них ощущался не столь остро.

Ригид вышел на палубу, глотнул ледяного ветра. Стефан уже не рисовал карту, он стоял у руля, направляя абию круче к северу. «Жемчужина» шла над облаками, и солнце запускало искорки в короткие светлые волосы родосца.

— Нас сносит к югу, — объяснил он, увидев Ригида.

— Уже за полдень, а Гельдуба еще не видна.

Ригид глянул через борт. Была еще одна причина ходить вдоль рек: они служили ориентиром. Рейн поблескивал далеко внизу по левую руку, его берега покрывали ровные лоскуты распаханных полей, а во все стороны от их расстилалась однообразная равнина, покрытая заснеженным лесом, как овечьей шкурой. Над ним можно было идти сутками, не наткнувшись нигде на дорогу или поселение.

Когда они продумывали курс, решено было от Гельдубы взять на северо-восток, срезав через леса: такую большую реку, как Лупий, пропустить было невозможно.

Но Гельдубы — а точнее, крутой излучины, у которой располагался этот городок убиев — пока не было видно. Судя по изгибу реки, они были где-то за Новезием. Ригид всмотрелся в лесную «овчину» внизу по правую сторону — и некоторое время спустя разглядел в ней синюю прореху.

— Смотри туда! — он показал пальцем. — Ангермундское озеро! Правь на него, а от него держи прямо к северу!

Стефан кивнул и переложил руль.

«Жемчужина» накренилась под ветром.

Из котельной вышел Брахос, неся в руках флягу с подогретым вином.

— Я сменю тебя, — сказал он Стефану. Это было не предложение, а констатация факта.

Стефан передал ему руль, а сам отошел к борту, грея руки о фляжку. Отпил, протянул Ригиду.

— Нам нужна точная очередность у котла и у руля, — Ригид хлебнул теплого вина с пряностями и протянул флягу обратно. — Сменять друг друга по желанию не годится.