Король русалочьего моря

Хорошей лакмусовой бумажкой тут выступил Ксандер: судя по всему, соседу Адриано рассказал свою историю первым, и хотя нидерландец ничего не говорил, но по тому, как он бросал на рассказчика чуть удивленный взгляд, было легко определить новые для него детали.

Что было необычным, так это то, что свою историю Адриано не забыл. Одиль привыкла, что брат из любой мелочи способен раздуть фантастическую историю, сам в нее поверить и уверить остальных, а потом отпустить ее в самостоятельную жизнь в мире, где, должно быть, и живут все придуманные и приукрашенные истории.

Но своего черного человека Адриано искал — вглядывался в каждого нового учителя с надеждой опознать, расспрашивал старшекурсников. Учителя не подошли под описание, а от вопросов, если, конечно, Адриано их задавал, ушли.

На старших товарищей по учебе тоже полагаться не стоило, хотя и по другой причине. Говорили они с готовностью, но фантазировали почище Адриано в ударе.

— Что сказал-то? — спросила Белла: на созерцаемой ей странице мантикора наконец лежала побежденной, и иберийка могла отвлечься.

— Да что только не говорил, — пожал плечами Адриано. — Что, мол, это тут давняя легенда, и что это личный призрак Академии, а может, и не призрак, а вовсе основатель, или кто-то из первых профессоров, потому что его тут сотни лет встречают. А еще сказал, что Грета фон Шиллер с Огня по нему чуть не работу пишет, и нам надо к ней.

— В башню Огня? — поморщился Ксандер.

— Все равно в следующем году в ней жить, — отозвался Адриано, но голос у него был сочувственный.

В глубине библиотеки, будто в утробе гигантского чудовища, вдруг гулко ухнул колокол. Взмыли вверх огоньки, оставляя страницы во мраке и более не реагируя на раздраженные призывы, величаво выплыли из стен белоглазые прозрачные фигуры, безоговорочно изымая из рук книги, как ни сжимай пальцы на вдруг ставших бестелесными страницах. Одиль раздраженно выдохнула, но сопротивление, знала она по опыту, было бесполезно: у Академии были свои понятия о том, сколько можно и нужно засиживаться над книгами.

— Говорят, огневикам уже все можно, — сказал в воздух Адриано. — Ну что, в башню Огня? А потом на ужин! Ужин дело хорошее.

Они переглянулись и направились к выходу.

Дорожки, ведшие к башням курсов, были проложены от главного здания прямыми, как стрелы, указывающие на три стороны света: восток, юг и запад.